Ничего, обойдется тапками.
С волосами она решила просто — расчесала и подняла, закрутив на затылке мягкий узел, затем воспользовалась косметикой Марины. Ничего лишнего — чуть-чуть теней, тушь на ресницы и помада. Нет, надо еще немного румянца, а то она бледная, будто год на солнце не была.
Полученный результат понравился.
Маша покрутилась перед зеркалом и решила, что пора начинать провожать старый год.
Шампанское не сразу, но открылось. Теперь ей долго, если не всю жизнь, придется самой о себе заботиться. С пробкой справилась же? И со всем остальным справится!
Маша налила полный фужер и выпила большими глотками, напиток тут же ударил в голову.
Не удивительно, ведь она сегодня еще не ела!
Снова наполнив фужер, Маша поковыряла оливье, съела пару ложек холодца, покосилась на запеченное мясо и вышла из-за стола.
На улице то и дело громыхали салюты — народ разогревался, готовясь встретить полночь во всеоружии.
Женщина бросила в фужер трубочку для коктейлей — целая пачка нашлась у Марины на кухне — подошла к окну и, не спеша потягивая шампанское, какое-то время любовалась разноцветными огнями.
Неожиданно, вино закончилось, пришлось отходить к столу и наливать еще.
Третий фужер последовал за первыми двумя.
Странное состояние — все понимаю, но реагирую, будто в замедленной съемке — хихикнула про себя Маша. Если резко повернуть голову, то чувство, будто глаза не успевают и поворачиваются с опозданием, а комната некоторое время крутится и пляшет. И ноги ватные. Зато, никаких спазмов в горле! И жизнь налаживается!
Резкий звук телефона вырвал из блаженной эйфории — десять на часах, кому надо ей звонить?
О, благоверный! Нет, не благоверный, а злоневерный! Неужели, беспокоится?
— Алё-о! Чем обязана?
— Машка, ты пьяная?
— Но-о-вый го-од, имею право! Чего надо?
— Ты где?
— В Караганде!
— У родителей?
— Пф.
— Отвечай, когда я спрашиваю! Ты сейчас где?
— А ты мне кто? Дед Пихто! Иди на фиг! — и сбросила звонок.
Телефон сразу затрезвонил снова.
— Ну?
— Не смей бросать трубку, когда я с тобой разговариваю!
— У меня шампанское закончилось, — пожаловалась Мария.
В это время из телевизора раздался взрыв смеха, звон бокалов, голоса, и Дмитрий немедленно отреагировал:
— Ты не одна? С кем? У кого?
— Тебе не кажется, — слова давались с трудом, но Маша старалась, — что ты потерял право задавать мне такие вопросы? Я — женщина свободная, провожу время, с кем хочу.
И мстительно подкрутила звук телевизора, где как раз шла сцена застолья.
— Ты не свободная, ты еще состоишь в браке! — взревел муж. — Разведемся — катись на все четыре стороны, а пока не смей позорить мое имя! Говори, где ты?