Тишина.

Женщина в толпе прижала ладонь ко рту. Мужик рядом с ней медленно опустил кружку на стол. Дети замолчали, подхватив тревогу взрослых.

— Вот вам ваш старейшина и спаситель, — закончил я. — Вот правда о моих родителях.

Площадь молчала. Три удара сердца. Пять. Десять.

Голоса ударили волной.

— Столько лет врал⁈

— Мой муж два раза за ядрами ходил, кровью платил, и всё уходило этому шалху⁈

— Дети голодали! Мой сын две недели не вставал!

— Так вот почему скалих не зашёл…

— Он не новый, точно не новый. Я помню эту борозду.

— А Золтан? Золтан знал?

— Он знал! Все они знали!

Тарим стоял в кольце и слушал, как его мир трескается. Рун и Ксур держали его с двух сторон, но он уже не рвался. Стоял и смотрел на толпу, которая годами боялась, а теперь смотрела на него так, как смотрят на падаль.

— Ложь! — выкрикнул Тарим. Голос сорвался, стал визгливым. — Всё ложь! Этот пустой подбросил! Украл где-то! Он сын воров!

— Я держал этот шар, — повторил рыжебородый. Спокойно, без крика. — Двенадцать лет назад. Ты можешь врать людям, которые не помнят, но не мне.

— И не мне, — сказал старик.

— Это ради безопасности! — Тарим хватался за единственное, что осталось. — Вы бы сдохли без меня! Пустой — проклятие! Из-за него пришёл Нурр! Из-за него все беды!

Я посмотрел на него. На лицо, которое когда-то сказало мне: «я вижу всё». На руки, которыми он бил меня по голове. На рот, который приказал Марте принести мне отраву.

— Нурр пришёл не из-за меня, — ответил я. — Нурр пришёл потому, что ты годами делал деревню слабее. Забирал ядра и отпускал тех, кто достиг десятой ступени в город ни с чем. Не давал расти тем, кто мог бы сражаться. Держал всех на голоде и страхе, чтобы никто не поднял голову. Ты не защитник. Ты зараза, которая жрала деревню изнутри.

Рыжебородый охотник шагнул вперёд и ударил Тарима в лицо. Голова Тарима мотнулась назад. Из носа хлынула кровь.

— Это за моего брата, — бровил рыжебородый, — За то что он ушёл в город без ядер.

Рун с Ксуром просто отпустили его и сделали шаг назад. Тарим едва удержался на ногах. Следующий удар прилетел откуда-то сбоку. Это был один из молодых охотников, который с размаху ударил его в живот, заставив согнуться.

— Это за то время, пока мои дети сидели без крошки во рту! — закричала какая-то женщина.

Сама она бить не стала, вместо нее это сделал муж. Он неуклюже, но сильно заехал Тариму в плечо, так что тот осел на одно колено.

А потом началось настоящее избиение. Сперва в ход пошли кулаки охотников, за ними подключились те, кто годами терпел и молчал. Женские крики смешались с топотом, кто-то так сильно огрел Тарима палкой, да так, что переломил её пополам. Земля под ним быстро стала скользкой от пролитого мирта вперемешку с кровью.