В наступающих сумерках мне на глаза попались странные царапины. На камне виднелись три глубокие, явно свежие полосы. Я вскинул руку со сжатым кулаком, и все сразу замерли.
Рун приблизился и опустился на корточки. Он довольно долго разглядывал эти отметины, а потом резко поднял взгляд, уставившись прямо на меня.
— Следы от когтей? — поинтересовался он.
Я отрицательно мотнул головой. Обычные звери оставляют рваные царапины разной глубины. А эти линии были слишком ровными, словно их прочертили чем-то за один раз.
— Понятия не имею, — сказал я прямо. — Но туда соваться точно не стоит. Давайте лучше свернем вправо, через несколько сотен шагов сможем выйти к другой точке.
Как раз в том направлении я недавно спрятал одну из своих добыч. Рун задумчиво провел пальцем по следу на камне и встал.
— Идем дальше, — коротко бросил он.
— Но подожди! — я попробовал его отговорить.
— Я сказал, вперед! — с нажимом повторил он.
Пришлось идти. Внутри нарастало неприятное чувство. Мы сбавили шаг и держали оружие под рукой, но спокойнее не становилось. Я продолжал разглядывать камни и снова замечал похожие отметки.
Будь это человек, мы бы справились. Скорее всего, проблем бы не возникло даже с умелым чужаком, ведь нас целая группа. Но что делать, если это оставил зверь?
Для обычного животного такие следы не характерны. Выходит, существо он может идти по пути возвышения и иметь умения, как были у скалиха.
Полосы попадались все чаще. Сначала на каждой третьей плите, потом чуть ли не на каждой второй, причем старые перемешивались с недавними. У меня внутри все сжалось. Это было похоже на инстинкт, когда тело чует беду еще до того, как голова успевает все проанализировать.
— Как-то тут слишком тихо, — негромко произнес Харек, но в тишине это прозвучало отчетливо.
В этом он был прав. Тишина казалась какой-то неестественной. Не было слышно ни возни мелкой живности, ни насекомых и птиц. Даже сквозняк, который гулял здесь весь вечер, куда-то пропал.
— Может, пойдем обратно? — предложил я Руну. — Какой смысл лезть именно сюда? Не просто же так здесь этим местки.
— Ни за что, — он упрямо дернул головой. — Прекращай ныть. Муюики из других групп говорили, что здесь полно дичи. Сегодня мы притащим такую добычу, что всем на зависть.
Смотря на его напряженную спину, я осознал причину. Последние месяцы нам везло с охотой только потому, что я незаметно подкидывал туши на наш путь. Это притупило бдительность Руна. Все привыкли к легкой добыче и завистливым взглядам соседей.
Из-за банальной жадности и желания выделиться чувство самосохранения просто исчезло. Он захотел сорвать большой куш, даже не догадываясь, чьими руками на самом деле добывалось мясо все это время.