— Давай проведаем, — вздохнул он. — Но ты зайдешь внутрь вместе со мной.
— Как пожелаете, молодой господин.
Они отправились в другую часть Шейчжоу, и вскоре достигли среднего по размерам заведения, где продавали еду и выпивку. Лапшу здесь подавали в особых половинках бамбука вместо керамических мисок — отсюда и пошло название. Когда они вошли внутрь, народ на какое-то время притих, но затем вернулся к своим делам, перестав обращать внимание на вошедших. Посетителей средь бела дня было не так уж и много. Обычно заведения подобного плана набиваются вечером.
— Прошу простить за вторжение, — обратился Ли Кон к немолодому хозяину за прилавком. — Я страдаю провалами в памяти. Дядя, не видели ли вы случайно меня несколько дней назад с кувшином дорогого саке Утренние Слезы?
— Господин Кон, как же не видели! Вы с Коротышкой Жонгом приходили сюда хвастаться.
— Я был у вас в тот день? Говорил что-нибудь?
— В крайне скверном настроении вы были тогда, — покачал головой лапшичник. — Все гуна обзывали разными нехорошими словами, почем зря. Пусть благословен будет путь правителя мудрого…
— Значит, с Коротышкой Жонгом? Где его можно найти?
— В кабаке каком ошивается или в кости играет поди, — пожал плечами владелец. — Могу сына послать за ним, коли заказ сделаете.
— Да-а, подкрепиться не помешает. Лапша у вас вкусная?
— Лучшая во всем Шейчжоу!
— Тогда нам две порции, мастер!
— Я сама заплачу, — добавила Сати настойчиво.
Ли Кон и Бхоль устроились за одним из столов. Обычно, когда господин был со спутниками, Сати выбирала другое место или просто ожидала на улице. Но сейчас было бы странно садиться в сторонке. Сюзерен с интересом рассматривал убранство помещения, пока повар занимался готовкой. Вскоре им принесли удон с травами, и они принялись насыщаться. Сати с интересом следила за тем, как господин неуклюже пытается подцепить лапшу палочками и с удовольствием поглощает еду.
— Фу-х, остренько. Аж воспылал!
Пара уже заканчивала трапезу, как в лапшичную ввалился пухлый невысокий человечек с бегающими вечно лучащимися самодовольством глазками.
— Брат Кон! Давно не виделись! — сразу заметил их Коротышка Жонг и расплылся в желтозубой улыбке.
— Жонг? — уточнил Ли Кон.
— А кто ж еще?
Коротышка подошел к их столу и дружелюбно хлопнул сюзерена по плечу.
— С памятью у меня проблемы, брат Жонг, — покачал он головой. — Но ты садись, рассказывай.
Жонг охотно плюхнулся на лавку рядом. У Сати сразу пропал аппетит, и она отодвинула миску. Когда Ублюдок Ли и Коротышка Жонг сходились, это обязательно приводило к наиболее мерзопакостным последствиям. Жонг не был практиком, но имел обширные связи в городе. Он активно пользовался славой и деньгами Ли Кон Чая, и тот позволял ему.