Я посмотрел на то, как трясутся мои руки. Однако дрожь была не из-за ужаса, совсем нет. Казалось, будто я устал бояться, истратив эту эмоцию за весь день безумных приключений. Вместо нее накатила беспредельная всепоглощающая ярость.
«Какого черта? — прозвучал внутренний голос. — Почему это все происходит именно со мной?»
Я ощутил какое-то космическое чувство несправедливости. Мою жизнь даже с натяжкой нельзя было назвать удачной, но сегодняшние события перешли все границы.
Неожиданно для себя я засмеялся. Засмеялся тем саркастическим смехом, когда человек понимает, что он в таком тупике, что уже просто плевать.
— Ты в порядке? — почти прошептал Саня, кажется, обеспокоенный моим поведением.
Я не ответил. Меня трясло от ненависти. Я ненавидел себя, свою жизнь, это место, куда меня закинуло. Ненавидел людей, из-за которых оказался в этом тупике. Ненавидел тварь, которая собиралась отужинать мной, перед этим вдоволь наиздевавшись.
«Подавишься!» — прорычал я.
Вся несправедливость вокруг сконцентрировалась в образе твари. Я понял, что отдам все силы, сдохну, но заставлю её пожалеть о выборе жертвы.
Охваченный порывом, я сбросил рюкзак и начал в нем рыться. На каменистое дно пещеры полетела грязная спецовка, копье, бутылка с дурной водой и катушка с капроновой нитью. К сожалению больше там ничего не нашлось. Поверх всего этого упала дубинка-копье, с которой я пережил все предыдущие приключения.
— Тут и от стаи собак не отбиться, — констатировал я. — Даже пещерные люди были вооружены лучше, чем я.
— Главная сила человека — это интеллект, — патетично произнес Саня.
Улыбка смягчила следы страха на его бледном лице. Неожиданно я ощутил признательность к этому человеку. Несмотря на всю странность, он остался со мной в смертельной ситуации.
— Верно, Саня. Интеллект, — кивнул я.
Выдохнув, я осторожно присел рядом с ним. Сознание все еще давила оглушающая ярость. Её хватило бы, чтобы разорвать тварь на куски, если бы эту силу можно было преобразовать в какую-то более вещественную энергию. Но к сожалению, я не был героем фантастического фильма.
— Мы умрем, да? — внезапно спросил Саня.
Я с удивлением посмотрел на него. Неужели и его неиссякаемый источник позитива закончился? Да, ситуация была дерьмовая, но ярость, клокотавшая во мне, требовала не поддаваться этому.
— Ну что ты! — фыркнул я. — Сейчас мы подготовимся и развалим этого… щенка!
— Щенка? — переспросил Саня.
Против воли он фыркнул, засмеялся и я. То ли от абсурдности, то ли от нервов, но вскоре по пещере разлетелся смех двух загнанных в тупик людей.