Звуки привлекли внимание. Группа противников, к которым я приближался по крыше, тут же заметила меня. Плащ на такой скорости был бесполезен.

Мне оставалось лишь одно — ускориться настолько, насколько это позволяло тело, достигшее предельных характеристик. На автомате я хотел погрузиться в кровавое наитие, но едва успел сам себя одернуть. С менталкой сейчас работать не стоило.

Добежав до угла, я оттолкнулся от стены, буквально устремившись на противника, чтобы не дать им ни секунды. Уже на лету я потянулся и выдернул цепь из заплечной сумки. От моего замаха вперёд вылетел сверкающий глазницами Братец.

Приземлившись на влажную землю, я подался вперёд и, двигаясь на инерции, взмахнул Братцем, не выпуская цепь из рук. Длины цепи хватило, чтобы достать до ближайшего из врагов.

Тот машинально выставил клинок в попытке защититься. Неожиданно для врага, Братец в последний момент дёрнулся, меняя траекторию. Обвившись вокруг гарды цепью, он впился зубами в руку аржентийца.

Перчатка из плотной кожи не спасла противника. Дикий крик огласил улицу. На глазах шокированных соратников кожа начала мгновенно истончаться и стареть. Уже через секунду иссохшее тело упало на землю. Кажется, он еще оставался живым, но уже едва ли был опасен.

Я рванул цепь и сделал размах, закручивая Братца вокруг себя. Устрашенные столь страшной расправой враги смешались, прервав атаку.

«А Братец хорош», — промелькнула в голове мысль.

Не давая даже доли секунды, чтобы выработать тактику против необычного оружия, я тут же рванул вперёд. Особого опыта применения Братца еще не имелось. Работал скорее на смеси наработанных навыков и вдохновения.

Сделав ложный взмах Братцем, будто собираясь атаковать, я рванул вперёд. Боявшиеся черепа после демонстрации аржентийцы шарахнулись в стороны. Это позволило мне достать одного из них Когтем.

На этот раз я сработал на чистом превосходстве раскачанного физического атрибута. Подцепив чужое оружие за странную извилистую гарду, я рывком выдернул его и срезал обе ладони врага. Напуганный воин неверяще уставился на свои обрубки и что-то завизжал.

Подбежав, я пнул его ногой в грудь, будто пулей отправляя в соратника. Тот отошёл в сторону, тут же подставляясь мне. Не давая врагам ни секунды, я настиг его и широким замахом срубил голову.

«Минус три», — мысленно произнёс я.

Именно в этот момент на меня налетел очень крупный аржентиец. Моментальный удар его маленького наручного щита едва не размозжил мне голову. Я ушёл в сторону, скорее благодаря превосходству в телесном атрибуте, нежели умениях.