— Эй Арамиа, а твоя покровительница из Круга это случаем не Лавертия?

Магичка отвлеклась от обшаривания комнаты и ответила с дежурной улыбочкой:

— Нет, глубокоуважаемый стратег. Я слышала о вашем знакомстве с Лавертией Рег Неридион. Она особый случай. Вы ведь осведомлены чем на самом деле является госпожа Лавертия?

— Да. Она древняя ведьма. Дщерь павшей богини мрака.

— Именно. Лавертия не чародей по сути и предана только Азарду. Первые терпят ее, но никакой власти над ними она не имеет. Лавертия не может убедить их пустить вас во Дворец, а моя покровительница сможет. Она магистр высочайшего положения в Круге. Обладательница одного из Направителей Великого Пламени.

Ого. Даже так. Это уже более чем серьезно.

— Здесь кое-что осталось… — произнесла Арамиа, освещая зал бледно-голубым маревом. — Но, боюсь, что большая часть артефактов Хрустальной Гробницы для активации потребуют мага.

— Это уже моя проблема. Просто давай сюда все ценное.

Активировать артефакты я мог и сам. Опыт был.

— Как вам будет угодно.

Кроме 23 заготовок для быстрого поднятия умертвий в брошенном тайнике Гробницы нашлись два камня призыва демонов, одна заготовка для создания одержимого, где-то килограмм какого-то особенно убойного яда в запечатанном свинцовом коробе и одна, насколько я понял, магическая бомба.

— Этот яд опасен даже для вдыхания. — уверяла меня Арамиа. — Не вскрывайте короб сами, не находитесь рядом во время вскрытия. Если я правильно понимаю условные обозначения, то здесь около четырех сотен летальных доз.

Ага. То есть килограмм это у нас 1000 грамм. В одном кг данного яда примерно 400 летальных доз для обычных людей. Итого одна ЛД это 2,5 грамма.

— Насколько быстро он убивает? Как скоро начинает действовать? Нужно принять вовнутрь или чтобы он попал в кровь?

Судя по описанию Арамии эффект наступает через 8-12 часов и смерть наступает спустя ещё 2-3 часа безостановочных судорог. Яд опасен как при употреблении вовнутрь, так и при попадании в кровь.

Что до магической бомбы, то Ар-Арамиа не была уверена насколько эта штука мощно рванет.

— Артефакт сложной работы и долго лежит здесь. Я ранее с такими не сталкивалась, но прошу вас проявить осторожность.

Ты меня за сегодня об этом просишь уже раз десятый.

На этом мы распрощались. Я, таща с собой подарки, поднялся обратно в дом, хозяин которого пил в одиночестве, созерцая сложную мозаику, изображающую травлю зверей на арене.

— Надо же. Почти минута в минуту. — усмехнулся он. — А я думал, что будете продлевать.

— Лучше еще раз зайду позже. Мне бы какие-нибудь мешки для вещей.