В тот же день Светогор закончил свою работу.
— Принимай помещение, — сказал колдун, обращаясь не столько к мастеру, сколько к его питомцу. — Зима ждет.
Рлок поднял клыкастую морду и уставился на волшебника. Ничего хищного во взгляде серо-стальных звериных зрачков не было. Мохнатыйзнал о происходящем.
— Одевайся потеплее, — предупредил волшебник. — Там лютая стужа.
Только сейчас Винч заметил, что борода и усы мага побелели от инея. Светогор был укутан с головы до пят в медвежью шубу, его голову покрывала зимняя шапка, подбитая мехом. Дикое зрелище в разгар лета.
— Спустишься с нами? — Винч повесил протянутую шубу на крюк угловой вешалки и туда же отправил шапку. Ноги северянина были упакованы в унты, от которых тот поспешил незамедлительно избавиться.
— Увольте, — отмахнулся Светогор. — Я уже наелся вашими ледяными пустошами, ребята. Надо поспать… и перекусить чего-нибудь. Одежду потом заберу.
Сказав это, волшебник пожал мастеру руку и скрылся за массивной дубовой дверью. Снаружи, не переставая, лил дождь.
Облачившись в шубу и унты, Винч сошел вниз по крутым ступенькам, вытесанным из цельного камня. Узкий коридорчик освещался чадящей масляной лампой. Шапку мастер держал в руке — не верил, что пригодится.
А зря.
Едва он приоткрыл бронированную дверь, как в коридор высыпалась груда наметенного снега.
За порогом бушевала метель.
Стены подвала исчезли, потолок — тоже. Вьюга заносила следы, оставленные Светогором. Над головой Винча клубилась мгла, ледяной ветер вонзал в лицо и шею сотни острых стрел. Мир окутался ледяным ужасом, воем ветра и белой порошей, взметнувшейся до небес.
Винч поспешил натянуть шапку на голову.
В подвале мастера развернулась зима. Вечная зима Дитского Уступа, явившаяся в утомленную солнцем Ламмору.
— Шикарно, — выдавил из себя Винч.
У ног мастера ножей сгустилась большая тень. Рлок с наслаждением втягивал воздух заснеженного поля.
Винча накрыло волной признательности.
Зверь был дома.
На другом конце города, в угловом доме, защищенном чарами и иллюзиями, мирно спал в своей постели волшебник Светогор. Ему снились далекие северные звезды, извивающаяся лента полярного сияния и мачта дракха, пришвартованного к пристани родного городка. Того самого городка, в котором прошло детство северянина, и где осталась его семья. Того самого городка, в котором однажды побывал странствующий рлочий разум, охотившийся на незримых угодьях.
Это был ответный подарок.
Образ из детства.
май, 2020
Поршни
Унгерт зашел в автобус и показал контролеру удостоверение ветерана. Полноватая женщина хмуро кивнула и двинулась в противоположный конец салона. Унгерт поймал на себе парочку неприязненных взглядов. Еще бы — он бесплатно ездит в общественном транспорте, а другим пассажирам приходится звенеть пфеннигами.