Кстати, где эта вредина? И почему она до сих пор молчит? Уж мою трусливость в недавнем фокусе точно должна была прокомментировать.
«При?»
Тишина.
– При? – позвала уже вслух. – Ты меня пугаешь. Отзовись.
– Не отвечает? – переспросил Дар.
– Нет. Но почему? Может, обиделась на что-то?
– Или стала неотъемлемой частью тебя.
Говоривший не спрашивал. Он утверждал. Этим расстроил и одновременно разозлил меня еще больше. Я полюбила свою драконицу. Привыкла слышать ее голос, советы, нотации, рассуждения... Даже возмущения и ругань в свой адрес! А теперь что? Мы одно целое. Начала ли я ощущать себя как-то иначе? Вроде нет. Хотелось верить, При тоже. Все же она отдельная личность. Пусть мы теперь неразрывно связаны и я больше не слышу ее у себя в голове, она так же свободна во мне, как и я с ней.
– Это все ты виноват! – выпалила обиженно.
– Конечно. Кто же еще? – раздалось насмешливо в ответ. – Я всегда виноват во всем, что с тобой происходит. И горжусь этим.
Одновременно со всем сказанным мужчина снова приблизился и крепко, ласково меня обнял.
– Что ты делаешь? Я, вообще-то, злиться на тебя пытаюсь, – проворчала.
– Кто тебе мешает? Злись. Ты мне такая даже больше нравишься.
– Что? – переспросила, с вызовом заглянув в наглые драконьи глаза.
– Шучу, – в очередной раз не сдержав смешка, произнес мужчина, погладив по волосам, а потом, уже привычно крепко обхватив за затылок, поцеловал. – Я тебя любой люблю. И мне нравится, насколько разной ты бываешь.
Этот комплимент я получила уже по окончании ласки. И что из этого оказалось приятнее: нежность или же слова, – до конца не поняла. А может, все вместе? Но счастье продлилось недолго.
– Еще мне очень повезло. Теперь у меня аж две женщины вместо одной.
– Ты подумал, что сейчас сказал? – поинтересовалась, нахмурившись. – Жить надоело?
– Просто хотел вернуть тебе боевой настрой, – признался Дар. – А он почему-то на меня быстрее всего срабатывает.
– Ладно, допустим, вывернулся. Я взбодрилась. Теперь идем искать твою мать.
– Кстати, что ты поняла, когда проснулась сегодня утром? – полюбопытствовал Элиадар, стоило нам, не разжимая объятий, двинуться дальше.
– Что сделала, чтобы излечить тебя от симпатии к Ялмез. И как помочь твоим братьям избавиться от этого нездорового наваждения.
– Правда? Расскажешь?
– Потребовала тогда, в твоем сне, вернуть мне мою внешность. Помнишь?
– Да.
– Видишь, все довольно просто.
– Тебя об этом кто-то просил?
– Да, Лисиния. Ясмира если и знает, то, как мне показалось, сильно по этому поводу не переживает.
– Ошибаешься, – произнес со вздохом Дар, и тут же поспешил добавить: – Но это в любом случае не наше с тобой дело. Знаешь, и хорошо. Остается надеяться, это поможет Артону и Силиану.