- Почему же не повезло? Очень даже повезло. Может быть я всю мою жизнь мечтала натирать полы из Аргейского камня в замке у настоящего огненного дракона, да еще такого… такого…

- Беспомощного? – прервал он меня прищурившись.

- Могущественного, милорд.

- Калеки… - голос его стал еще глуше.

- Самого сильного дракона королевства.

- Инвалида. – это слово он почти выплюнул, вернее изрыгнул с небольшим клубочком чёрного дыма. Фу…

- Достойного война, прославленного генерала драконов.

- Хватит! – он рявкнул, и я увидела, как кулаки его напряглись и как налились огнем руны на чешуе, покрывающей его левую ногу и руки.

Я не боялась его. Почти.

Хотя, наверное, надо было.

Мой хозяин был не просто драконом, он был…

Он на самом деле был инвалидом, калекой, сломанным, изувеченным, пострадавшим от древней, страшной магии.

Дракон, потерявший возможность ходить и летать. Тот, кто не мог до конца превратиться в дракона и не мог полностью вернуться в обличье человека.

Лорд Дракон. Генерал Дракон.

Лорд Дрейгон Аргайл.

Тот, чьё имя заставляло трепетать и врагов, и друзей. Тот, кого боялись и ненавидели. Тот, кого обожали, перед которым преклонялись. Тот, чьи любовные похождения передавали из уст в уста и читали как роман, когда истории появлялись в Аргейской прессе.

Тот, кто не должен, никогда не должен был появиться в этом замке, куда я устроилась на работу три месяца назад.

Да, если тебе не везёт по жизни, значит не везёт. Это про меня.

Это от меня давным-давно отвернулась великая Моргана.

«Стоп, хватит себя жалеть, Снежинка», - снова начала я себя уговаривать. – «Моргана от тебя не отворачивалась, это всего-навсего испытания. Ты пройдёшь их с блеском, достойно, а дальше… дальше тебя ждёт счастье и радость».

Я улыбнулась, хотя поверить в то, что я сама себе говорила было ужасно трудно.

- Надеюсь, мой ужин готов?

Ох, я тоже на это надеялась, надеялась, что наша сентиментальная повариха не зависла опять над своим магическим зеркалом, в котором она обычно смотрела длинные, бесконечные постановки, которые создавали в далёком восточном королевстве и называли «дурамы». Наверное потому, что смотрели их, Мерлин прости, одни дуры.

- Сейчас я это выясню, милорд.

- Выясни и… принеси его в мой кабинет.

- Я? Да, но…Это не входит в мои обязанности.

- Считай, что с сегодняшнего дня входит. И вообще, с сегодняшнего дня многое поменяется.

- Что… что именно поменяется, милорд? – у меня даже в горле пересохло.

Надо ли мне говорить, как я любила перемены?

Вот именно, что никак!

Потому что перемены в моей жизни означали только одно – дно. Моя жизнь с каждой переменой скатывалась всё ниже и ниже.