Так же, как истинный похуист, начал общаться с другими сокамерниками. За два дня, в подземелье успели натащить не мало народа. И только единицы из них были игроки, в остальном неписи. Кого-то шантажировали, кого-то допрашивали. Не важно и за что здесь оказался, я поднимал настроение всем, и всё-таки за это нарвался. Получил по кумполу, в глаз, по почкам, но не успокоился.

— На-ача-а-а-альни-и-и-ик!

— Заткни пасть!

— На-а-а-а-ача-а-а-а-а-а-альни-и-и-и-и-и-и-ик!

— Да что⁈

— А это правда, что ты бьешь так сильно, потому что завидуешь?

— Чего? — к моей двери подошли. Непись, не игрок. Игроки никогда не будут заниматься такой работой, но мне то что? Я и так их живыми воспринимал, а после Рашика так и вовсе иначе думать не могу.

— Ваши сегодня утром девчонок притащили, а в обед увели. Я успел с ними поболтать и тако-о-о-ое узнать, — многозначительно тяну.

—?

— Как например, что у тебя, и у некоторых других хер настолько мелкий, что вы завидуете всем вокруг, и от того такие злые.

Мужик побагровел.

— Мы с ними так хорошо говорили, да ты и сам слышал их смех.

«Правда они смеялись не пэтому, а просто потому, что я старался их подбодрить и всячески шутил».

— Заткнись… — сквозь зубы процедил охранник.

— А то что? Ударишь? Ну давай, ударь. Вымещай всю злобу, — потираю фингал, — покажи мне насколько я прав. Сам не можешь бабу удовлетворить, так на других срываешься.

Молча развернувшись, он деревянной походкой пошёл на своё место.

— Э! Стой, куда? Я только начал!

Меня услышали, вернулись и… и злорадненько так посмотрели.

— _О — с подозрением смотрю на этого типа.

— Ты чего так вдруг заткнулся?

— Да вот, тебя рассматриваю. Пока есть возможность, наслаждаюсь. Не каждый день меня в зоопарке селят с каждодневным наблюдением его обитателями.

— Ну наслаждайся, наслаждайся. Потому что не долго тебе зубоскалить осталось.

— Почему это?

— Скоро узнаешь.

На этих словах он меня оставил и более на провокации не поддавался. Похоже, моя халтурка вскрылась, или вот-вот вскроется.

Но до конца дня ко мне так никто и не пришёл. Я даже из игры выходить не стал, всё ждал. И ждал. И ждал. Пока не почувствовал, что вообще-то я здесь не один.

В том смысле, что где-то рядом бродит член моей стаи. Я спинным мозгом, прямо задницей ощущал его присутствие. Как тогда, в пещере пауков. Только если тогда пытался удержать душу в пятках, чтобы она вообще из тела не выпрыгнула, то теперь наоборот. Я приободрился, и злобненько заулыбался.

Знакомый охранник, который принес всё ту же кашу на воде, заметив меня, и то что я заткнулся, решил позлорадствовать. Не иначе, как подумал, что я сдался.