Одним словом, за четыре дня, я подлечил свой организм довольно существенно, единственное, что не торопился сильно лечить, это сломанная челюсть. Чем позже начну говорить, тем лучше, ведь память предыдущего владельца отсутствовала полностью. Теперь то я понимаю, что память связана с душой и прошлое моё перемещение произошло в тело с душой, которая каким-то образом спряталась от меня. Поэтому и память тогда была частично доступна.На четвёртый день меня пришла проверить замученная лекарь, которая быстро провела диагностику и уже на выходе внезапно остановилась. Я в этот момент я прикинулся спящим, так как хотел избежать лишних вопросов. Вернувшись, она напитала руки живой и подробно обследовала тело, после чего задумчивая вышла из комнаты и вернулась в неё через пару минут с медицинской сестрой, которая убирала за мной.

— И что это значит? — спросила она, указав на меня.

— Да вроде всё нормально, больной идёт на поправку, — ответила женщина.

— Вот именно, по прогнозам у него не было шансов выжить, а тут необычайно высокий процент регенерации тканей, в том числе и костных. Его кто-то лечил? — спросила лекарь.

— Он всё время спит. А я дежурить за ним не обязана. Идёт на поправку и хорошо, вот стало бы хуже, я вас позвала, а так чего беспокоить. Да и чему удивляться вас одарённых выздоровление идёт всегда быстрее, — ответила недовольно женщина.

— Странно, но он слабый одарённый, хорошо, если увидите как к нему кто-то ходит, сообщите мне. Тут целый госпиталь раненых аристократов, а кто-то тратит живу на простолюдина. Ох уж этот новый закон об образовании. Кому в голову пришла идея, развивать магов через непрерывные драки, так и до убийства недалеко, — произнесла лекарь и вышла, оставив меня одного.

Похоже, что за время моего отсутствия, что-то существенно поменялось. Нужно как-то узнать последние новости, но находясь в больнице, это довольно проблематично.

Следующие несколько дней, для меня особо ничего не поменялось, я продолжал своё лечение, при этом нагружая свой источник и раскачивая энергоканалы. Лекарша стала посещать меня каждый день, хотя по ней было видно, что она очень уставала. Мне даже трудно представить, что произошло в Академии, раз у неё прибавилось столько работы. На десятый день, когда кости уже практически срослись, скрывать своё состояние, было нельзя и в очередной приход, я показательно не спал, единственное, что челюсть ещё не зажила, но ноги и руки, уже могли шевелиться.

Пройдя в комнатку, лекарь осмотрела меня и увидев, что я за ней наблюдаю, сказала,