Первым делом я воспользовался навыкомАктивной регенерации для восстановления своей кисти(248/500) . Тело слегка задрожало, но куда слабее, чем прошлый раз, отчего стал ещё худее, но уже не так страшно это ощущалось, и сняв повязки понял, что рука почти восстановилась. Да, кости ещё не срослись должным образом, и выглядела она кривовато, но вот кожа затянула рану полностью. Одно неприятно, что полноценно пользоваться кистью пока точно рано, потому как между средним пальцем и безымянным пока так и осталось щель в пару сантиметров. К тому же, хотя я и ощущал, что жиры в теле буквально исчезают на глазах, но это было не так неприятно, как в первый раз и не настолько кардинально опустошались запасы жизненных сил моего организма. При удобном случае определённо надо будет попробовать набить желудок до отвала и на него направить регенерацию и посмотреть какой эффект это возымеет.

Кое-как выбил хоть что-то для себя полезное из жадного сатира, ведь попытаться поставить его на ноги было для меня выгодно в любом случае. Хотя и жаль, что специализация этого полукозла оказалась такой неэффективной, в том плане, что подготовка нужна была огромная, да и без брони и оружия он становился практически бесполезным.

После этого я передал ему целый десяток энергетических батончиков, и отдал самые нелюбимые мной «Твиксы», пусть их жрёт, а то накупил целую кучу, а их только с кофе вкусно есть. Но Ариколу всё одно, лишь бы хоть какие-то калории в животе были. Сатир непонимающе мгновение смотрел на коричневые, облитые шоколадом палочки, после чего всё же додумался начать их есть. Исхожу из малого количества отведённого нам времени, поэтому не успело на его морде появиться довольной гримасы, как я применил на него навыкАктивной регенерации (151/500) . Арикола скрутило, высасывая жизненные силы. Всего за десять секунд его щёки отчётливо впали. Но и раны на теле перестали кровоточить. Исчезли в большей части болевой шок и присущая ему апатия, но что самое главное, ясность в глазах появилась, ну и голод, само собой.

— У тебя есть ещё что-нибудь из еды? — ухватившись за мою руку, тяжело поднимаясь, спросил сатир жадно.

— Ты пока не заработал даже на лечение, так что рано об этом говорить, — недовольно произнёс я, — пошли лучше покажешь, какой там пентаграммой кровавой ты обещал со мной поделиться за спасение.

— А жертвенная кровь? — спросил всё ещё не до конца пришедший в себя сатир.

— С преата разве не подойдёт, из глаза почти ничего не вылилось, считай полный, — заводя в соседнюю камеру Арикола, произнёс я.