Ви (106/300)

Дерьмо! Новая попытка нанести удар не увенчалась успехом, лапа упёрлась в районе моего локтя и банально не оставляла нужной дистанции, чтоб я мог достать до тела ласки. Ничего не видно, перед глазами только острейшие клыки этого ласкового чудовища мелькают, я же действую скорее по ощущениям и наитию, чем реально представляю своё положение и место врага.

Ви (81/300)

Понимая безысходность ситуации, я отключаю ауру вокруг тела ниже шеи, за что тут же расплачиваюсь пронзённым когтями плечом, струйки крови тут же потекли из предплечья вниз, напитывая мою одежду, не добавляя приятных чувств близости к ласковому зверю.

Ви (74/300)

Но расход энергии снизился и это дало мне время. Правда это лишь продление агонии, чтобы победить, мне нужно убить ласку быстрее, чем она сломает мою защиту. С трудом перехватываю кинжал правой рукой, прямо под брюхом неиствующей твари и сразу же наношу новый удар куда-то в тело врага. Левой же я вцепляюсь в удерживающую меня лапу, чтоб не дать возможности зверю заблокировать и новый вектор атаки. Ласка взвизгивает и отскакивает от меня всем своим телом мощным толчком. Я же остаюсь на земле, перекатываюсь чуть в сторону, увеличивая между нами дистанцию и сразу вскакиваю на ноги, не показывая охотнику и капли слабости, хотя всё тело словно в мясорубке побывало и болит каждой своей клеточкой.

Но и ласка не отделалась лёгким испугом. На теле монстра видно с десяток кровоточащих ран, а также два места, обильно истекающих кровью. И хотя она не убегает от меня, а скорее ожидает, что я вот-вот рухну, но и сама находится в шаге от трусливого побега. В этот раз хищник недооценил жертву.

Кинжал так и остался торчать в ране Горной ласки и каждое её движение наверняка отдавалось болью, я же хоть и получил парочку порезов и ссадин, но в целом был бодр, как огурчик. Ещё бы не повод быть бодрячком, глядя в глаза своей смерти.

Достал карту клевца из чудом уцелевшего кармана, ведь его сосед был разорван в хлам и будь карта в нём, то просто бы упала на землю во время нашей схватки. Тут же призываю себе новое оружие и ощущаю себя капельку уверенней, уже не голыми руками биться и это совсем другое дело. Ласка замечает это и грозно рычит, по громкости не особо уступая львам или тиграм.

— Что, тварь, больно тебе? — с раздражением и злостью говорю я, а сам быстренько оглядываюсь по сторонам, но вся прочая живность разбежалась по своим норкам, скрываясь от настоящего хищника. Если я правильно помню, земные ласки обладают бешеным метаболизмом и охотятся практически круглые сутки, истребляя всё вокруг. Видимо и здешние им не особо уступают в своей прожорливости, раз даже одна ласка навела здесь столько шороху.