— А я вот так совсем не думаю, — ещё больше раздражаясь, фыркнул старый охотник. Пусть след и выветрился, но его обострённое обоняние из-за задранного к второму пределу параметраВосприятия вывело их именно на этот след. И то, что он сумел обнаружить на месте этой битвы, ему очень не понравилось.

— Почему это? — обеспокоенно спросил отец пропавшего щенка.

— Следы мне вот эти не нравятся, — указал пальцем Хаатесс на очень странные отпечатки ног, а чуть дальше он нашёл, но уже по запаху, и засохшую лужу крови. — Это кровь кобольдов, и при этом достаточно свежая, а здесь, кроме ваших щенков никого не было, чувствуешь запах?

— Неужели их убили⁈ — истерично завопил сопровождавший их камнетёс Тусол.

— Да захлопни ты свою пасть! — выкрикнул Хаатесс и с размаху ударил задней лапой того в живот, — проклятая деревенщина, ты что, вообще ополоумел, в лесу кричать⁈ Нам только Горной ласки на наши головы не хватало!

— Прости его, Хаатесс, он же каменщик, — успокаивающе произнёс четвёртый, уже довольно старый и седой кобольд Асхет, — мы же не воины и не охотники, так что не серчай на нас.

— Позорище, — уже себе под нос пробурчал Хаатесс, — идите за мной, след отчётливый, может ещё и найдем ваших щенков, тел-то их рядом нету, так что шансы есть.

И тут старый Хаатесс не то, чтобы кривил душой, нет, он просто хотел поохотиться на славу. А это ему в последние годы делать по сути запретили, постоянно находя причины держать опытного охотника12 уровня в деревне. Вождь, а по совместительству шаман, словно издевался над ним. Все же понимали, что Хаатесс начал неумолимо стареть и вместо того, чтобы дать ему заработать новый уровень и увеличить характеристикуЖивучесть , уже второй год его не брали на большую охоту. А с той мелочи, что водилась в округе их поселения, ничего путного и не заработаешь. Видимо, прознал-таки вождь про те нелестные слова, что Хаатесс в порыве злости растрепал в близком кругу охотников и можно сказать, боевых товарищей. Хотя каких ещё товарищей, ведь кто-то из них и донёс шаману слова недовольства. Проклятые доносчики. Ведь другого объяснения и быть не может, слишком уж круто поменялась жизнь старого охотника. Пусть со стороны это и могло выглядеть, как забота о достойном члене их деревни.

Но раздражения Хаатессу добавляло не только это. Потому как Ракхташ ему уже давно не нравился. Всегда такой добродушный и угодливый, прям злость разбирает, подумал старый охотник. Ненавижу этих двуличных тварей, что только и ждут момент, когда удастся воткнуть кинжал в спину. Ведь именно такие кобольды и были доносчиками в представлении старого Хаатесса.