Теперь он бил меня.

Я встала, подошла к окну. Внизу на парковке, какой-то мужчина грузил коробки в багажник, рядом с ним крутилась рыжая, лохматая собака. Обычная жизнь обычных людей. А здесь, на третьем этаже, в кабинете с надписью «Генеральный директор» на двери, женщина смотрела в окно и пыталась понять, как ей спасти то, что ещё можно спасти.

Он хочет, чтобы я сдалась. Чтобы опустила руки, расплакалась, прибежала к нему с повинной. «Андрюша, прости, я погорячилась, давай всё вернём как было». Ведь так проще, правда? Проще сдаться, чем драться.

Только вот я уже не та Ольга, которая сдавалась.

Я вернулась к столу, взяла телефон и набрала номер «Интерьер Групп». Гудки показались бесконечными, но потом щёлкнуло, и женский голос произнёс:

— «Интерьер Групп», слушаю вас.

— Добрый день. Соедините меня с Дмитрием Павловичем, пожалуйста. Это Ольга Михайловна Солопова, «Комфорт Плюс».

Пауза. Наверное, секретарша сверялась с какими-то списками, решала, соединять или нет.

— Минуту.

Щелчок, музыка ожидания, что-то классическое, Вивальди, кажется. Потом мужской голос, настороженный:

— Солопова? Слушаю.

— Дмитрий Павлович, я слышала, что вы планируете разорвать контракт. Нет, — я перебила его, не дав возразить, — я звоню не уговаривать. Я звоню пригласить вас на встречу. Сегодня.

— Сегодня? — в его голосе было удивление.

— Да. Приезжайте к нам, посмотрите на производство, на документы, на людей. А потом решайте. Мне нечего скрывать.

Тишина в трубке. Он думал, и я почти физически чувствовала это — как шевелятся мысли в его голове, как он взвешивает «за» и «против».

— Через час, — сказал он наконец. — Устроит?

— Буду ждать.

Следующий звонок в банк. Меня перебрасывали с линии на линию, держали на ожидании под всё того же Вивальди, переключали на каких-то специалистов, которые ничего не решали. Наконец, я добралась до кого-то, кто мог хотя бы выслушать.

— Игорь Семёнович? Это Солопова, «Комфорт Плюс». Мне нужна встреча. Сегодня.

— Сегодня сложно… — начал он.

— У меня много сотрудников, которым через неделю нужно платить зарплату. Это не мои деньги на вашем счету, это их деньги. Я могу приехать в любое время.

Пауза. Шелест бумаг на том конце.

— В четыре. Сможете?

— Смогу.

Дмитрий Павлович приехал ровно через час, как и обещал. Невысокий, крепко сбитый мужчина с рукопожатием, от которого заныли пальцы, и цепким взглядом человека, привыкшего оценивать людей с первой секунды. Я встретила его на входе, пожала руку, стараясь не морщиться от боли.

— Пойдёмте, покажу вам производство.

Мы прошли через цех, где пахло деревом и лаком, где жужжали станки и переговаривались рабочие. Я показывала ему всё: заготовки, станки, склад готовой продукции и видела, как он смотрит, оценивает, делает какие-то выводы. Он почти не задавал вопросов, только кивал иногда, и от этого молчания мне становилось всё более не по себе.