Я скинула обувь, прошла на кухню. Открыла холодильник, достала остатки вчерашнего супа, разогрела в микроволновке. Села за стол и принялась есть. Суп казался безвкусным, пресным, но я заставляла себя глотать ложку за ложкой.
Когда доела, помыла за собой посуду, убрала всё остальное — вытерла стол, убрала крошки, помыла сковороду. Руки двигались на автопилоте.
Потом прошла в гостиную. Включила телевизор — какая-то передача, ток-шоу, люди что-то обсуждали с жаром, перебивая друг друга. Я устроилась в кресле, укрылась пледом, сделала вид, что смотрю.
На самом деле прислушивалась к звукам из детской. Ждала, когда Андрей выйдет, чтобы сказать ему, что пора уходить.
На экране сменились передачи. Новости. Ведущая говорила монотонным голосом о политике, экономике, происшествиях. Я слушала краем уха, погружённая в свои мысли.
Наконец, дверь детской открылась. Андрей вышел в коридор, тихо прикрыв за собой дверь. Прошёл в гостиную, остановился в дверях.
— Оль, — позвал он тихо.
Я выключила телевизор, повернулась к нему. Он стоял, сгорбившись, с измученным лицом, всем своим видом показывая, как ему плохо.
— Время позднее, — сказала я ровно, без эмоций. — Лизе пора спать. Тебе тоже пора идти.
Он медленно кивнул, опустив взгляд.
— Я просто… хотел помочь ей с уроками. Математика у неё никак не идёт, там задачи сложные. Мы разобрали вместе.
— Спасибо. Но теперь иди, пожалуйста.
— Оля… — он шагнул вперёд, протянул руку. — Может, поговорим?
— Нет, — я встала из кресла, скинула плед. — Не сегодня. Иди. Пожалуйста.
Он стоял, глядя на меня долго, с такой тоской и болью в глазах, что на мгновение мне захотелось шагнуть к нему, обнять, сказать, что всё будет хорошо. Но я не могла. Не после того, что узнала.
Андрей медленно кивнул, развернулся и пошёл к выходу. Я слышала, как он надевает обувь, как открывает дверь. Остановился на пороге, обернулся.
— Спокойной ночи, Оль.
— Спокойной.
Глава 19
Я проснулась оттого, что кто-то тёплый и маленький прижимался ко мне под одеялом. Ещё не открывая глаз, я почувствовала знакомый запах — детский шампунь с клубникой, который Лиза обожала, и что-то своё, родное, неповторимое. Её носик уткнулся мне в плечо, маленькие пальчики вцепились в мою футболку.
За окном было ещё темно, только первые робкие лучи рассвета пробивались сквозь шторы, окрашивая комнату в мягкий серый цвет.
— Мам, ты не спишь? — прошептала она, и её дыхание тёплым облачком коснулось моей кожи.
— Теперь не сплю, — я улыбнулась, не открывая глаз, обняла её, притянула ближе к себе. Она была тёплая, уютная, пахла сном и домом. Моя девочка. Мой якорь в этом хаосе.