Женатые дружинники из первого набора, Ярослав и Ахмет, уже перевезли в свои дома семьи. Супруги наших вассалов тоже оказались «ценным активом» — могли подлечить раненых и в травках разбирались.

Пусть в целительстве это и не был уровень, когда руки-ноги отращивают (таких магов и десятка на весь Север не найти, наверное). Да и в травничестве — до той же енотихи Росы им было далековато.

Но жизнь с мужьями-наемниками — молодых женщин многому заставила научиться. А захотят знаний поднабрать — всегда подсоблю-договорюсь!

«Хотелки» развиваться — там были. Ибо военная стезя — всегда риски повышенные. А у сюзерена — родовое гнездо пусть и под надежной защитой, но и за его пределами доведется оказаться.

Я же, после радостного для меня общения со соскучившимися родными и после докладов от Буревоя и Тигра, попробовал связаться с Росой.

По зеркалу. Вот интересно, получится ли голос «донести» через Зазеркалье — с водно-астральной Печатью. С лемуркой-то я еще не экспериментировал…

— А Жажда сама тебе намекала! Вот за это нам Равновесие и послало западника-извращенца!! Это был предостерегающий знак судьбы!!! — патетично заломил руки Циркач.

— Достал ты меня, Циркач. Вот реально!— – с усталой злостью ответил я на очередную проверку моих нервов. —Она — моя подчиненная, вассал. И спать я с ней не планирую! Пока она обязана выполнять мои приказы — точно! А ты — саботажник просто! Сейчас на Купол нарываешься, а у нас хрен знает что ожидается. Не то завтра, не то — через минуту! И нам все ресурсы сознания и восприятия нужны! Или ты и хочешь от боя сбежать? Поэтому и представления свои невовремя устраиваешь?

Всему свое время, нафиг! А на Циркаче скрестились осуждающие взгляды остальных моих воплощений. А арлекин слегка посерьезнел, хотя ухмылка так до конца и не слезла с его лица:

— Смород, ты и я — одно целое. И я, кстати, горжусь, каким «я» стал в другой жизни. Да, палку я иногда перегибаю, каюсь! Но я сейчас — как одна из сторон твоего собственного характера, что ли… И это мой якорь в твоем сознании. Я к тому, что поменяться мне теперь практически невозможно — самому. Не могу это объяснить…

— Это так. Объяснить могу я, но вам это будет сложно понять в деталях,— - влез Подушка. —Мы — не самостоятельные души и сознания, а часть тебя. То, что Циркач назвал «якорем» — позволяет поддерживать нам свои «субличности». Условно, если нам сильно измениться — можем «раствориться» в тебе. Это не плохо и не хорошо. Скорее, рановато. Да и ты будешь уже не совсем прежним «Смородом». Твои ощущения на «ледяной вершине» — это и есть праобраз такого «слияния».