И по словам руководства армии и разведки выходило, что рывок прямо в Светлоград на «Канюке» сейчас — крайне рискован. А воздушным путям — альтернативы сейчас не имелось.

Мой курьерский дирижаблик, к слову, уже лишился отличительной пятнистой окраски. Родовой герб (как того требовали правила) пока тоже не наносили. Вот определится «кто здесь власть» окончательно, тогда и появится на обшивке — наша гроздь калины над мостом. А пока — извиняйте, краски не хватило — поставки не пришли! Не я эту войну гражданскую устроил.

Сбить-то меня могли и царские и «временные» войска. Непроницаемых линий ПВО, безусловно, не существовало. Но у «линии противостояния» (тоже далеко не сплошной) — можно было напороться и на боевой дирижабль, и на магобаллисту или зенитный снаряд с проклятьем — с земли. Да и некоторые маги специализировались на дальнобойных магических конструктах.

Оптимальным вариантом была признана высадка малой боевой группы в районе впадения реки Унжи в нашу матушку-Ра. Из того набора непроверенной информации и слухов, которым располагал мой «штаб» — север столичного округа был самым «спокойным». Да и долететь мы туда должны были уже ночью.

А там — десантирование на товарняк — и бросок на полсотнии километров по вражеской территории. Для отхода предполагалась (объективно!) гениальная стратегия — «по ситуации».

Получится в городе найти безопасное укрытие для Агнет и Радима, или нужно будет прорываться со спасенными из города — сейчас спланировать было тяжело. Ибо и наступление царевича могло начаться и чего только не могло еще случиться.

«Бросаться» вместе со мной должна была Жажда. Пришлось признать, что ее способности оборотня — и в лесу помогут ей быстро передвигаться («Кто еще отстанет, Десница!»), и в городе она прятаться гораздо лучше меня может.

Правда, со скрытом мне могли помочь мои симбионты (Чу — сильно меньше). Эктоплазма тэнгу и кикимор — позволяла многое в плане маскировки, если оператор в ауре подходящий.

Так что, совсем без прикрытия меня отпускать «отказывались», да и связь Жажды с Малей была не последним аргументом.

Отец, на мою удачу и экономию времени, уехал с группой охраны в Солиямск. Кроме Мечеслава его сопровождали теперь временно и волколаки.

Ряды дружины, в условиях войны, коллегами наших экс-погранцов — пополнить было невозможно. Зато я договорился с Доброславом о взаимовыгодном найме бойцов Бегущих. Союзная помощь в битвах — шла отдельной строкой.

Волколаки и так занимались патрулированием уезда. И сбывали попутно кое-какие травки и добычу из своих старых лесных угодий. Но их наемничьи заработки были под вопросом — потому как не хотели в межродовые склоки влезать сейчас в Биармщине. А тут — и они при деле, и у нас — со штатным расписанием дружины попроще.