— Это самоубийство, — спокойно ответил подпол, — На такие меры может пойти только сумасшедший, коим вы не являетесь.
— За столько лет вы могли сделать более детальный анализ моего характера. Вот и посмотрим, псих я или нет.
— Знаете, Алексей, — произнёс куратор, вставая с кресла, — У вас хорошо получается снимать кино, соблазнять красивых баб и зарабатывать деньги. А вот в политике вы полный профан, и вскоре поймёте глупость вашего поведения. Только как бы ни было поздно. Мы дадим вам время на раздумье, и даже не будем менять первоначальных условий. Все дальнейшие события будут исключительно на вашей совести. Наша организация просто выполнит свою работу. Аривидерчи.
Я откинулся на кресло, налили себе уже полный стакан коньяка и задумался. По идее сегодня Лёша подписал себе смертный приговор. С другой стороны, какой смысл в такой жизни, когда ты становишься марионеткой, а дело твоей жизни захватывают другие люди? Обкатав ситуацию с разных сторон, я так и не пришёл к однозначной оценке случившегося. Остаётся следовать древнему постулату — делай, что должно, и будь, что будет.
Глава 9
— Мне кажется, что фильм получается излишне мрачным, и каждый кадр просто сквозит безнадёжностью. Я понимаю, что мы снимаем картину про геноцид и в нём не место для веселья. Но должна быть и какая-то доля оптимизма. Боюсь, что американский зритель не поймёт столь специфического подхода.
Сидим с Робертом в офисе киностудии, и обсуждаем только что просмотренные части фильма, которые удалось смонтировать. Именно ради этого я прилетел в Рим из Германии, где работа идёт полным ходом. До этого были три напряжённые недели в Финляндии. После ФРГ съёмочная группа переезжает в павильон, недавно построенный на новом участке, выделенном римской мэрией, где и будет завершена работа.
Мы решили не мудрить и воспользовались проверенным способом, когда монтаж шёл параллельно съёмкам. Именно так нам удалось значительно сократить время на производство «Пёрл Харбора», где метод был опробован. Сейчас у нас такой же жёсткий график и мне приходится практически жить на съёмочной площадке, куда специально привезли оборудование для монтажа.
Заодно полное погружение в работу позволяет отвлечься от тревожных мыслей. Прошло уже два с половиной месяца после разговора с куратором. Пока наши отношения с конторой можно охарактеризовать, как вооружённый нейтралитет. Вернее, я нахожусь в постоянном напряжении, оградившись немалой охраной, дополнительно задействовав скромную контрразведку «MMCor». Ещё и семья сидит в изоляции, не выезжая из швейцарского посёлка. Просить о помощи Штази глупо. Не вижу смысла влезать в долги перед немцами. Нет гарантии, что они адекватнее ведомства Ивашутина или просто не захотят воспользоваться ситуацией.