— Впечатляюще, — прокомментировал я, выходя из машины. — Даже для столицы.

— Всё же место рассчитано исключительно на аристократию, — напомнила Елена, выходя следом и поправляя манжету рубашки. — Здесь не сдаются номера по простой броне. К счастью, у нас с этим проблем нет.

У входа нас встретил портье в чёрном с золотом мундире — идеально выглаженном, с безукоризненной осанкой. И, стоит признать, в этом всём был определённый стиль. Он молча поклонился, как и положено персоналу, и проводил нас внутрь.

Холл поражал с первого взгляда. Высокие своды были украшены резными барельефами, а пол — отполированным до зеркального блеска ониксом. По углам стояли изящные композиции из мрамора и цветного стекла, изображавшие сцены из истории Империи: восхождение родов, сражения, образование различных значимых структур.

В воздухе витал лёгкий аромат сирени и серебряного дыма — явно не простой освежитель, а тщательно подобранная ароматическая композиция, воздействующая на восприятие и мягко расслабляющая напряжённый ум.

— Номер уже оформлен, — Елена с лёгкой улыбкой передала портье необходимые документы. — На имя господина Демиана Динаса.

— Конечно, госпожа, — вновь поклонился он. — Ваш номер ожидает. Чемоданы уже доставлены. Если потребуется, обед может быть подан прямо в апартаменты.

— Благодарим, — отозвался я, и мы проследовали дальше, мимо огромной лестницы и не менее внушительного лифта, встроенного в стеклянный цилиндр.

Наш номер располагался на верхнем этаже — как и подобает представителям рода с недавним, но уверенным возвышением. Внутри было всё, что только может потребоваться: просторный кабинет, спальня, отдельная гостиная с миниатюрной библиотекой, ванная комната, отлитая из чёрного мрамора, и терраса с видом на Имперский сад. Стены украшали картины — не просто декоративные, а написанные вручную живописцами с явным применением магии. Пейзажи в них едва заметно двигались, словно продолжали жить собственной жизнью.

Я прошёл вглубь апартаментов и опустился в кресло из бархатной кожи, вдохнув запах старой древесины и тонкого вина, едва уловимого в воздухе.

— Всё предусмотрено, как всегда, — с улыбкой бросил я через плечо.

— Но не зря же я занимаю своё место в роду, — сухо заметила Елена. — Предусмотрительность — часть моей работы.

— Это правда, — кивнул я, прикрыв глаза буквально на миг. — И, пожалуй, единственная причина, по которой я ещё не сбежал от всей этой бумажной империи.

Её лёгкий смешок раздался где-то за спиной — она уже направилась к письменному столу и выложила первые бумаги.