Само собой, по комнатам мы не разошлись. Вместо этого наша троица поднялась на сорок седьмой этаж. Знакомые коридоры, знакомая дверь. И снова это полутемное пространство бара, насквозь пропитанное табаком, деревом и кожей. И даже владелец встречал нас все так же раскачиваясь на стуле в углу зала, закинув ноги на стол. Темнокожий мужчина с хвостом седых волос, читающий какую-то настоящую книгу. В бумажном переплете, хоть и весьма потрепанном.

Мы поприветствовали владельца. Только Гаро назвал его привычным «старик». Но в этом слове чувствовалось больше уважения, чем в любом другом, произнесенном капитаном.

— Гаро, здоровяк, — улыбнулся мужчина. Затем кивнул мне. — Арч. Зачем вы опять притащили с собой этого осквернителя?

— Тоже рад тебя видеть, — ухмыльнулся Маус, заходя за стойку.

Сам владелец даже не попытался подняться с места. Впрочем, это было нормально. Вернее, казалось нормальным в этом заведении. Это было сродни негласному «чувствуйте себя как дома».

— Какими судьбами, ребята?

— Ты и сам знаешь, старик, — ответил Гаро.

— Насколько все плохо?

— У нас приемлемо. А вот у Арча, — капитан замялся, подбирая слова. — В общем, Арчу надо что-то серьезное.

— Бурбон, если мне не изменяет память. Есть отличный, восемнадцатилетний.

— Нет, старик. Первый хант. Третий блок реаниматора.

— Вот оно как. Так вы сюда не отдохнуть пришли. Это поминки. Раз так, то, — старик все-таки встал со своего места и двинул в сторону подсобки, обходя Мауса, — время распечатывать запасы.

Когда он вернулся, на стойке появилась пузатая пыльная бутылка с темной жидкостью. Никакой этикетки на стекле. Впрочем, как и на всех других бутылках в этом месте. Маус достал стопки и разлил по ним густую тягучую жидкость. Бармен тоже взял одну. Он же и заговорил, глядя прямо мне в глаза:

— Не забывай его имя, парень. Он был тем, кто первым протянул тебе руку на этом сложном пути.

Мы выпили не чокаясь. Мне действительно было грустно. Мне не хватало карты Джекса в колоде. Его присутствие всегда согревало мне душу. И только после слов старика я понял, отчего мне так паршиво. Это действительно были поминки. Еще одна причина свалить из Танатоса. Как бы там ни было круто и весело. Но сейчас мне требовалось именно то место, где я находился. Тихий полутемный бар только для своих. Отрезанный запахом табака и кожи от всего остального мира.

— Я сейчас вернусь, — сказал Маус, выходя из-за стойки.

Старик вернулся к своей книге, оставив нас с капитаном одних. Мне налили бурбон на два пальца в прозрачный стакан. Мешать алкоголь не следует, конечно. Но, во-первых, старик сказал, что этот можно. А во-вторых, вообще пофигу.