Валентин крутился вокруг наших сцепленных рук, либо перебирал такое их положение, чтобы подчеркнуть хрупкость Сонетты и брутальность моих. Сказал сжать шею, грубо провести пальцем по губам. Шептать несуразности на ухо, отчего бы шли мурашки по коже и запечатлеть их. От тех же слов поймать в кадре бьющуюся венку на шее. Дрожание мимики на лице.
Кристина не смогла погулять с нами после съёмок, мы же оказались шокированы до глубин души. Мало говорили пока собирались и пока шли до ближайшей кофейни, потом ещё минут десять переглядывались, прекрасно понимая чувства друг друга и без слов. Лишь потом, как первое солнце после затяжной бури, нашлись слова:
— Я сам не знал, что так будет.
— Всё хорошо, Самми.
— Немного стыдно, если честно.
Она кивнула.
— Но ты хорошо держался. Иногда я смотрела, как ты справляешь и тоже старалась. Было сложно.
— Вообще пипец.
— Кажется, мы хорошо справились?
Перед ответом я шумно вздохнул и говорю:
— Мы сделали даже больше, чем могли. Лучше просто не реально. Неколине должно понравится.
— Знаешь, Самми, — серьёзно и внимательно посмотрела она, — теперь я не хочу удалять эти фото.
— Блин, я тоже!
— И ещё мне следует поблагодарить тебя. Было действительно интересно. Я бы никогда не подумала, что всё пройдёт так!
Придя в себя, мы ещё немного погуляли по микрорайону. Большая часть магазинов закрылась, но в этом даже нашёлся свой шарм: людей на улицах почти не стало, всё по-прежнему перемигивалось и мигало, не позволяя нам ни на секунду забыть какой праздник грядёт, а мы под ручку гуляли и болтали о ерунде.
Часы показали четыре нуля, когда подошли к дому Неколины. Её родителя спят, но сама демоница, конечно же, бодрствует. С новостями писал ей я, потому знаю, что вот в эту секунду она занята обработкой очередного сета тёть Маши. Будет как раз Маи Сакурадзима, но ещё и половины не готово. Скорее всего, на Онлик сет попадёт числа пятого января, но я могу увидеть его раньше «если попрошу». Только у меня другой план: попрошу я как раз повременить с обработкой, тётя Маша рассчитывает, что дочурка успеет всё за завтра и тогда удастся сделать мне дополнительный подарок. Сейчас зайдём в дом и подговорю Неколину «не успеть».
У Сонетты включился режим босого танцора на раскалённом полу. После случившегося в кровь попало слишком много впечатлений и глаза до сих пор распахнуты до предела, ни единого намёка на сонливость. Энергии столько, что моя извращённая фантазия ищет сто одно сравнение, как её можно было бы расходовать. В виду этого сформировался очередной план!