В зеркальце увидел, как Серега сокрушенно качает головой, глядя на меня. Ничего, как умею, так и формулирую вопросы. Если ему интеллект давит на мозг космическими цифрами, то что сидит и молчит?

— Попадался! — внезапно обрадовалась вторая, — мы от него долго бежали, и оторвались! Ужас-то какой!

— А что такое интерфейс и заблокированные уровни вы в курсе? — попытался нащупать я дальше почву для соприкосновения. Девчонки были ладные, на лицо приятные, и фигурки очень ничего. Та, что заговорила первой, повыше второй сантиметров на десять, шатенка, вторая — брюнетка.

— А вы откуда про это знаете? — насторожилась первая. Но в голосе звучало и какое-то облегчение.

— О, поверьте, мы про это многое знаем! — внезапно вмешался в разговор Серега, — если вам интересно, кое-что можем рассказать. Как и про то, что стало с мужиком, который за вами гнался. Хотя он вовсе и не мужик.

Вот же павлин-мавлин! — подумал я, — хвост распушил, и в атаку, когда я самое трудное сделал! Как там американцы говорят — break the ice — сломать лед!

А Серега уже вылез из машины, и давай дальше разливаться соловьем. Еще минута, и Петька тоже выполз. И они оба уже непринужденно болтают с девчонками на обочине. А я что — я не могу, я в одной ветровке и носках. Один в один афроамериканский шофер, который подвез белых господ на встречу с прекрасными дамами, а сам сидит в машине. Впрочем, что это я — я же действительно почти год и работал шофером! Только что не афроамериканским. Как знакомо-то!

Оказалось, что наше убийство монстра стало толчком для новой, обрушившейся на них как гром с небес информации для девчонок. Они как раз в изнеможении, устав бежать, рухнули на траву на каком-то бугорке, и тут их жизнь и изменилась навсегда. Два отличия — виртуальный персонаж, который общался с нами в виде девчонки, к ним заявился в виде прекрасного молодого человека. И смазливого, и прокачанного. И второе — никаких призов им выдано не было. Только интерфейс подключили, за то, что выжили в столкновении с космическим пришельцем.

Высокую звали Иркой, но, поскольку подруга постоянно звала ее Иринкой, и мы как-то такую манеру переняли. А подружку звали Анастасией. Официально, на деле Настей.

Во многое из того, что мы им рассказали, им верить не хотелось, и они начинали возражать. Во время очередного потока «не верю» от более эмоциональной Иринки я влез в разговор и сказал не очень деликатно:

— Если этого не может быть, то закрой глаза, и скажи «интерфейс». Этого же тоже не может быть?

За что удостоился гневного взгляда от обеих девчонок. Ну не любит прекрасный пол, когда его тыркают мордочкой прямо в здравый смысл!