* * *

Мешок сам по себе необычное место. Но тем интереснее наблюдать за тем, как меняется его застройка. Если не присматриваться, то он очень похож на любой более-менее крупный город. Однако планировка оставляет желать лучшего, и в ней совершенно нет логики. Вот например: как только мы покинули аэропорт, тут же попали в высотную застройку по типу «Москва-сити». В свою очередь, она граничила с какой-то жуткой промзоной, частично заброшенной и разрушенной. Понятно, что жилых действующих районов в Мешке не найти, если это не форт, но в большинстве своём вся застройка выглядит вполне годной.

К сожалению, на мои вопросы Гюрза так и не ответила. Она вообще почти не разговаривала, а если и открывала рот, то лишь для того, чтобы огрызнуться. Её характер и в лучшие дни не блистал добродушием, а сейчас девушка окончательно свернулась в тугой клубок, выставив в мою сторону колючки. Понятия не имею, винила ли она меня в смерти Моста, но себя съедала точно. Он не хотел идти с нами, это она его упросила, а значит, хоть и косвенно, всё же причастна к гибели друга.

— Не ты спустила курок, — попытался успокоить девушку я.

— Засунь свои сопереживания себе же в жопу, — получил я вполне ожидаемый ответ.

— Ты сама говорила, что все мы в Мешке под смертью ходим.

— Слушай, те чё надо вообще⁈

— Ничего. Я просто…

— Ну и отвали тогда! Крути баранку и за дорогой следи.

— Ой, да пошла ты…

Гюрза лишь хмыкнула, и мы окончательно заткнулись. Точнее, я больше не стал лезть к ней с успокоительными речами. Хочет заниматься самоедством — пусть себе…

— Вон туда сверни, — указала она на ближайший перекрёсток.

— А чего там?

— Форт.

— Ладно, — кивнул я и свернул с широкой дороги.

Впрочем, проулок тоже оказался довольно приличным в плане дорожного полотна, хоть и имел всего две полосы. Высотные здания сменились на пятиэтажки спального района, даже с детскими площадками во дворах. Да уж, не хотел бы я видеть, как твари резвятся с детишками в песочнице.

— Здесь налево, — получил я очередное ценное указание от Гюрзы. — И осторожнее под эстакадой, там вечно синие трутся.

— Принял, — кивнул я и немного прибавил ходу.

Дорога снова раздвинулась аж на шесть полос, так что в случае необходимости, сманеврировать успею. «Урал» на пределы возможностей я уже проверил и прекрасно понимал, на что способна эта машина. Чудес от неё ждать не приходится, но она и создана под несколько иные задачи.

О тварях я был предупреждён, а потому и заметил их сильно заранее. Двое сидели в тени под эстакадой, а третий уже готовился к прыжку с верхнего полотна. Дорогу от встречной полосы в этом месте отделял бетонный отбойник, а значит, в моём распоряжении лишь три полосы. Ну, мне хватит.