К счастью, в другой руке у меня была бутылка виски, и я поспешил избавиться от этого мерзкого вкуса. Говорят, что лекарство и выпивку смешивать нельзя, но сейчас мне было на это совершенно насрать.

Спустившись вниз, я рухнул на диван, ощущая, как выпивка и зелье уже начали делать свое дело. Боль во всем теле начала уходить, и сразу стал чувствовать себя живым.

Из сна меня вырвал внезапный стук в дверь.

— Да что за хрень? — поморщился я.

Бросил взгляд на окно — вечерело. До заката ещё примерно час, а значит проспал я дольше, чем собирался изначально. И едва ли это несло в себе что-то хорошее, потому что лучше от долгого сна мне не стало. Напротив, все словно болело ещё сильнее.

Я уже было потянулся к бутылке, чтобы влить в себя ещё немного виски, но сдержался.

Меч. Мне нужно вернуть меч.

Напиваться можно и потом, а сейчас каждая минута дорога.

Стук повторился.

— Да кого ещё демоны принесли?

Я, застонав от боли, поднялся с дивана и поковылял в сторону главного входа. Отворив дверь, я увидел невзрачного мужчину в серой одежде и с дурацкими усами-бакенбардами.

— Люциус Готхард?

— Да, — мне жутко хотелось поправить его и сказать «де Шинро», но сдержался. Зато он окинул меня крайне скептическим взглядом. Молодой парень с разбитым лицом и в грязной порванной одежде с кровавыми пятнами, открывающий дверь дорогого особняка — ну вот вообще не выглядит странно.

— Распишитесь, — он протянул мне пергамент и самопишущее перо, при этом поглядывая на последнее так, словно я могу его спереть. Стоило убрать перо и подождать две секунды, как чернила вспыхнули, а у бумажки появилось серебристое обрамление.

Мужчина сразу смягчился. Бланк был магическим и имел что-то вроде возможности идентифицировать подпись, если та была в базе. Моя была, ведь это бланк Трилорской государственной почты.

Курьер кивнул, и я уже ожидал, что он передаст мне какой-нибудь сверток, ведь вряд ли подарок императрицы будет чем-то большим. Транспортация чего-то крупного не просто через весь мир, а через два мира — штука крайне дорогая. Но вместо этого мужчина свистнул, и его коллеги, что ожидали в повозке перед домом, начали что-то выгружать.

— Не-не-не-не! Это какая-то ошибка. Посылка должна быть маленькой!

— Никакой ошибки, — отозвался тот и прежде, чем я успел хоть как-то возмутиться, здоровенный ящик, больше напоминающий гроб, который тащило сразу четыре человека, уже поднесли к крыльцу. — Оставить его тут или занести?

— Заносите, — без особой радости буркнул я. Ну а что ещё делать? Оставлять его на улице? Так я в одиночку его не затащу, а даже если это мне каким-то чудом удастся, то я точно надорвусь.