Алекс протестующее пискнула и тут же застонала, когда мужская рука властно накрыла там, где было уже влажно.

- Не хочешь? - в вопросе звучала преувеличенная забота, больше похожая на насмешку. - Отпустить?

И он начал медленно убирать руку.

- Нет! - презирая себя, воскликнула Саша. Слишком сильно она его хотела, чтобы остановиться сейчас.

- Тогда замри! - опять приказ.

Ладонь он всё же убрал и немного отстранился, но это было продолжение игры. Она услышала звук расстёгиваемой молнии и шелест фольги. Коктейль противоречивых эмоций захлестнул Алекс. Предвкушение боролось с горечью от того, как именно всё это происходит. Она сходила с ума от его близости, желания, а вот он ни на миг не отпускал контроль.

- Богдан... - И осеклась, так как одним движением он оказался в ней. На какой-то миг забыла всё, что собиралась сказать. И всё же хотела большего, чем просто секс. - Мне этого мало!

- Мало? - удивился он, и несколько резких движений выбили всё дыхание. Его стало много. Слишком много. Ноги дрожали от напряжения, удовольствие граничило с болью, а он ещё схватил за волосы и накрутил на кулак, заставляя прогнуться в спине.

- Мало! - вопреки всему крикнула хрипло и зло. Эхо слов разнеслось по дому.

- Чего ты хочешь? - наклонился к ней Богдан.

- Тебя.

Он замер, заставив и её оставаться натянутой, как струна, не только в прямом, но и в переносном смысле. Наплевав на гордость, призналась откровенно, понимая, что второго раза может и не быть:

- Хочу касаться тебя, целовать. Хочу принадлежать тебе. Хочу иметь возможность ласкать.

- Тебе не кажется, что ты слишком многого хочешь? - напряжённо и с угрозой поинтересовался Богдан. Он находился в ней, но не шевелился.

- Я хочу тебя, - выделила последнее слово. Пусть сам решает - это много или мало, но не надо трахать, удерживая на расстоянии. Она хотела близости, а не одноразового секса.

***

Несмотря на раздражение, Богдан восхитился. Нет, правда, восхитился ею. Эта девочка осмелилась в открытую что-то требовать. На такое не решались более опытные женщины - лишь надеялись, что он изменит своё отношение к ним, со временем. Он же пользовался ими, но никогда не подпускал близко ни в физическом, ни в эмоциональном плане.

Богдан оказался в непростой ситуации, сам загнав себя в ловушку. Откажи ей сейчас, заставь играть на своих условиях - и она может обидеться. Иногда женщине легче дать, что она хочет, чем обидеть и потом просить прощения. Алекс не стоило выпускать из виду, пока не выяснилось, кто стоит за ограблением.

Всё ещё раздумывая, освободил из захвата волосы и стал медленно отстраняться. До последнего ждал, что она дрогнет, но нет. Получив свободу, Алекс развернулась. Несмотря на затаённый в глазах страх, когда трусики упали на пол, с вызовом через них перешагнула.