— Кто-то будет еще?.. — Делаю поясняющий жест рукой.
— Нет, только вас ждали.
Оглянувшись, я нашел на земле какую-то палку, тут же затирая символы до полной нечитаемости.
— Эй! — Воскликнул федерал, но тут же удивленно замер.
И правда, будто дышать стало легче. Словно из затхлого подвала выбрались на свежий воздух.
— Марк Семенович, — перешел я к "обыденному". — Судя по трупным явлениям, нашли его практически сразу после смерти... Кто?
* * *
Анечка блевала в кустах. К ее чести стоило упомянуть, что она дотерпела до стоянки, сорвавшись лишь когда эксперт с энтузиазмом воскликнул "О, котлетки!".
С этими словами старик под заинтересованным взглядом Кота поспешил к своему "Форду", а девушка рванула к зарослям. Молодец, успела.
— А... — Поинтересовался старик сокращением нашего состава, вернувшись с большим пластиковым контейнером в руках, но тут же все увидел своими глазами. — А!
— Молодежь. — Пожал плечами я.
Меня поддержал желудок. Утробным урчанием. Ну вот не поел я.
— Эммм... — Озадачился профессор. — Если только господин Бегемот поделится.
— Что, Рыжий, не против, если я угощусь? — Поинтересовался я, оборачиваясь на животину.
Тот хмуро смотрел на меня, прекрасно понимая, что угоститься я могу только за его счет.
— Одну! — Поднял для верности палец я.
Кот презрительно фыркнул... И все.
— Он не против! — Заверил я. — Санитайзер есть у кого?
Обработав руки, я с удовольствием вгрызся в котлету, отрешившись от мира.
— Угм! — Мажор закрыл рот рукой, тут же рванув вслед за журналисткой.
Кажется, мое довольное лицо стало последней каплей. Раздалось довольное чавканье. Кот тоже свою порцию получил.
— Спасибо большое, Марк Семенович! — От души выдал я. — Вы мой спаситель!
— Да ничего, Володя, — отмахнулся тот. — Приезжайте проведать старика как-нибудь!
— Обязательно! — Совершенно искренне заверил я.
Тот шутливо погрозил пальцем и попрощался, протянув мне крышку от контейнера.
— Вот заодно и завезешь! — Усмехнулся он и потопал к своему "Форду".
Журналистка и мамлей не рисковали к нам приближаться, пока Бегемот откушать не изволил. Кажется, его довольное чавканье и урчание вызывали в их утробах вполне определенные позывы.
— Что-то не так, Юрий? — Поинтересовался я у капитана.
Тот поморщился.
— Ну, не держите в себе, поделитесь! — Попросил я.
Тот секунду помедлил, но все же выдохнул.
— Бродяга сидит на кочке на ограде кладбищенской.
Я-то вижу. Вот почему федерал так поздно его заприметил вопрос!
— Я такое по Чечне помню. Такое чувство, будто сквозь прицел смотрит.