— Но только он китайский. Оригинал уж больно дорог, — уточнил Бородин.

— Плевать, — отмахнулся Спицын. — Судя по всему, новый?

— Пару месяцев как приобрел. Но в каком состоянии батарейки, и уж тем более качество, понятия не имею. Да здравствует «Алиэкспресс».

— Это понятно. В деле проверял?

— Да. Работает нормально.

— Прямо сейчас могу дать за него двести рублей. Ну, за вычетом. — Спицын указал на приобретенное Игорем.

— А не слишком дорого? — усомнился Бородин, удивляясь перекосу в ценах.

— Ты помнишь, чтобы я себя или кого-то еще обсчитывал?

— Да нет.

— Тогда не задавай глупых вопросов. Это, конечно, не оптика, но штука здесь очень даже ценная. А уж для меня тем более. Ну как, продаешь?

— А зачем он мне?

— Вот и договорились, — доставая чековую книжку, довольно произнес Спицын.

— Погоди, Игорек, а что это у тебя там? — поинтересовался Лапин, бросив случайный взгляд внутрь рюкзака.

— Ты о чем?

— Это книга?

— Да.

— Какой-нибудь оружейный справочник?

— Нет. «Наследник из Калькутты». Детство вспомнил, захотелось перечитать, вот и таскал с собой, — извлекая на свет толстую книгу, ответил Игорь.

— Н-да. В который раз убеждаюсь, Семен лишнего не возьмет. Ровно столько, сколько стоит его услуга, или только то, что ему действительно нужно, — покачал головой Спицын.

— Вы это к чему, Иван Аркадьевич? — спросил Бородин, ни разу не собиравшийся приписывать Квакину какие-либо благородные черты.

— О книге, — вместо оружейника ответил Лапин, беря ее в руки. — Насколько я помню, такой в библиотеке нет. Но это нужно выяснять. Сейчас прямиком в типографию.

— Объяснишь?

— А чего объяснять. Я же тебе говорил, что гонорар за книгу составляет двести рублей.

— А ничего, что я ее не писал?

— И кто тут обвинит тебя в нарушении авторских прав? Главное — наличие книги. К тому же ее не нужно ни редактировать, ни корректировать. Просто набрать текст и пустить в печать. В невьянской школе есть учительница математики, так она в одночасье стала весьма состоятельной дамой. Любительница детективов. Как раз возвращалась домой из «Букиниста», где по дешевке скупила семь книг Чейза. Тысяча четыреста рублей — это капитал.

— А если уже имеется такая? — поинтересовался Игорь.

— Продашь. Есть тут один коллекционер. Скупает земные издания. Даже техническую литературу. Рублей сто отвалит глазом не моргнув. Кстати, если возьмут в печать, это ни о чем не говорит. Гонорар идет за рукопись, так что потом заберешь оригинал и продашь. Три сотни. Это уже серьезно. Кстати, у тебя ведь еще и две лошади с седлом. Рублей на сто двадцать потянут. Тут от лошадей и состояния седла зависит. Но у кочевников они редко бывают в плачевном виде.