— И ты думаешь, они будут ему содействовать? — спросил Скрипач.

— Да, именно так я и думаю. Судя по всему, у него прекрасный дар убеждения, — Лийга отпила чаю, и поставила чашку на стол. — Вообще, я, конечно, понимаю, что это чистой воды фантазия, но мне кажется, что он моделировал подобную ситуацию. Может быть, с какими-то ремарками или вариантами, но моделировал. Именно поэтому он действует столь уверенно, и даже порой нагло.

— Возможно, что-то моделировал Адонай, — предположил Скрипач. — Один из возможных сценариев. Хотя черт его знает на самом деле. Но… ммм… откуда ему было знать, что мы тут окажемся в молодом виде, к примеру? Или какие-то другие подробности?

— Рыжий, ты не думаешь, что он, находясь там, вышел на Метатрона, и сумел что-то узнать? — спросил вдруг Ит. Спросил, и удивился — почему они не догадались об этом раньше? — Помнишь похождения с командой Гарика? Это ведь тоже был Метатрон, как сейчас становится понятно, правда, полноценного контакта с ним тогда не получилось, но увидели мы немало. И то, что он сделал с планетой, сунув её в темпоральную капсулу, и воздействие, примененное к огромному количеству людей, и совершенно безумное моделирование как настоящей, так и фальшивой реальности. От одной только хрени, перепахивающей огород, можно было поседеть. А горы? А девица под чьим-то воздействием? А летающая кофемолка, или чего там летало?

— Ты о чем вообще? — не поняла Дана.

— Будет время, расскажем подробнее, но — это было весело, в некотором смысле, — ответил Скрипач. — Да, Ит, верно. Но там… как бы сказать… знаешь, у тех, кто связан с Метатроном, весьма своеобразное чувство юмора, как я понимаю. Однако последующие пересечения никаким юмором уже не пахли даже близко.

— Или Метатрон себя не обнаруживал, — пожал плечами Ит. — Как это было с Идущими к Луне. Метатрон там появлялся только в записках Ады, и лишь как нечто интуитивно ощутимое. То самое Море Травы, о котором она писала. Возможно, за ними тогда следили отнюдь не только агенты Ри, если судить по запискам, следил ещё кто-то, но Ада не осознавала, кто это был. И выйти на них он действительно мог. Был ведь еще один эпизод.

— Фламма, — сказал Скрипач. — Ты о самолетиках?

— Нет, — покачал головой Ит. — Гибель Амрита. Помнишь заключение о его смерти, которое мы делали? Как ты думаешь, кто тогда убил мальчишку? А ведь Ари об этом знал. У него была вся информация, рыжий, вообще вся, за все эти годы. И у него был Адонай. И возможность выстроить схемы, и сделать выводы. Мы бегали туда-сюда, занимаясь всем подряд, а он сидел, и годами работал над анализом того, что уже было в доступе, и того, что поступало на Тингл. Плюс группы Ри, с которыми он тоже находился в контакте. Плюс осведомленность о том, что Ри делал. И еще много всего, о чём, думаю, мы даже догадаться не сумеем.