— А я знаю, что у них получится, — радостно возвестил Скрипач после часа изучения темы. — Ит, помнишь Тлен? Нам там двух часов хватило. Два часа, а воспоминаний на всю жизнь.

— Что такое Тлен? — спросила Дана.

— Мир, весьма специфический, потом подробно расскажем. Коротко — там максимальный срок жизни установлен в сорок лет. Дальше принудительная эвтаназия. При этом населения весьма и весьма немало, все при деле, все покорные, довольные, насколько это возможно, и весьма упитанные, вот только немножко орут, когда их в машины грузят, чтобы утилизировать, — объяснил Скрипач. — Как та тетка, которую мы видели. И спорю на что угодно, про Тлен он тоже знает. Не может не знать.

— Конечно, знает, — согласился Ит. — Но я не могу понять, для чего ему это понадобилось. Загнать планету в тотальную деградацию довольно просто на самом деле. Регресс и удержание потом длительное время какого-то мира на одном и том же уровне тоже не такая сложная задача. Сейчас мы получаем еще одно подтверждение, что происходит тут именно это. Но, опять же, остается открытым вопрос: зачем?

— И куда еще он успел дотянуться, — добавил Скрипач. — Ладно, давайте работать дальше. Мировые проблемы будем решать как-нибудь на досуге.

* * *

Жил шаман, как они уже успели выяснить, на широкую ногу — поэтому будочка охраны, стоявшая рядом с воротами на въезде в его владения, удивления не вызвала. Охранника взяли на воздействие, заставили открыть ворота, и заехали на территорию. Перед «Жуланом» лежала сейчас чистая светлая дорога, посыпанная гравием, и тщательно утрамбованная, по её сторонам находился прекрасный сосновый лес.

— Как же его всё-таки зовут? — спросил Скрипач. — Везде упоминается как «шаман», и не более того. В некоторых передачах он называет имя, но каждый раз новое. Мол, духи ему так сказали сделать.

— Я нашел три варианта. Варфоломей, Велес, и Модест, — Ит усмехнулся. — Вот только что-то мне подсказывает, что это тоже духи подсказали. Про паспорт мы с тобой и так уже всё поняли. Подделка.

Да, по документам отследить Варфоломея-Модеста получилось лишь частично, потому что с документами была неразбериха, которую списали на подлоги. Собственно, ничем другим она и быть не могла. Поместье, в которое они сейчас ехали, было записано на подставное лицо, женщину, работавшую в этом самом поместье кем-то вроде управляющей, благо, что тут было, чем управлять. Дом хозяина, гостевые дома, числом четыре штуки, небольшая двухэтажная гостиница, конный двор, и еще что-то по мелочи.

— Камер, кстати, действительно нет, — заметил Скрипач, когда дорога вывела их на поле, заросшее луговыми травами, всё еще по-летнему чистыми и живыми. — Я ни одной не заметил.