Все довольно просто там, где есть такой качающийся щит, там же, где его все-таки нет, приходится высматривать врагов из-за зубцов стены, подставляясь под меткие выстрелы нелюдей.
Вот такое ограничение — очень серьезная проблема для защитников крепости, однако почему-то в мирные времена она оказалась окончательно не решена.
«Наверно, та самая ползучая коррупция не дала закрыть все зубцы и бойницы, как в нашем самом лучшем из теперь знакомых мне миров, — догадываюсь я. — Тем более ползучая здесь, на самом отшибе людских земель, на границе с боевыми зверолюдами».
Сами мы с остальными подносчиками камней не высовываемся никуда, просто переваливаем камни через невысокий внутренний бортик парапета, рискуя только в данный момент чисто случайно получить в голову и плечи целых полтора метра орочьей стрелы.
Теперь, когда я нахожусь на второй линии обороны, я вполне спокойно могу понять, как идут дела у защитников города. Судя по количеству тел в подвале, около тридцати воинов и двадцать жителей города уже нашли свой конец за один вчерашний день.
Ну, за те несколько сотен павших под стенами форта нелюдей — вообще довольно минимальный расход. Сам раньше читал про подобное соотношение потерь при штурме замков, а теперь вижу реальный расклад при осаде довольно мощного укрепления.
Если бы не смертоносные стрелы, шансов бы у нелюдей не было совсем, однако они тоже на своем явном преимуществе строят всю тактику осады крепости-форта.
С другой стороны, если бы люди построили навесы над парапетом везде и качающиеся щиты над всеми бойницами установили, тогда потери несли бы только по относительной случайности.
«Ну, хотя бы по одному щиту на два-три бойницы, чего бы вполне хватило для наблюдения и корректировки действий обороняющих стены воинов. Да, один наблюдатель легко бы обеспечивал целеуказаниями двоих-троих соседей с камнями!»
Однако крепость все равно оказалась не готова к осаде, здесь все получилось, как на моей старой планете.
Враги опять напали слишком внезапно и коварно. Всегда красивые парады и громкие рассказы генералов и маршалов про полную готовность побеждать и гнать ворога разбиваются о суровую реальность жизни. А самые храбрые генералы всегда готовы к прошлой войне, такая уж они неизменно самая заскорузлая часть общества.
Еще я вижу, как около восьмидесяти служивых обороняют примерно сто пятьдесят метров стены. Я не вижу, конечно, со своей стороны, как изменилась за ночь диспозиция с лестницами и орками. Вчера вечером лестниц осталось уже не так много, как было выставлено в начале дня, именно стоящих у стен города.