Кроме того, Слуги проходят краткий курс телохранителей, чтобы – не дай боги случись такое – дать хоть пару секунд для спасения своему господину или госпоже. Ведь иногда именно этих мгновений не хватает, чтобы сработал защитный амулет или подоспела помощь. Но в основном, Слуги созданы для решения бытовых вопросов.
На плоту именно Сэнга создаёт подобие той жизни, которой были лишены жёны падишаха после кораблекрушения: убирается, следит за вещами, делает массаж и даже укладывает причёски и так далее. Понятное дело, что в таких условиях её потуги вызывают горький смех, но что делать…
Вот и весь экипаж плота, на котором я оказался гостем.
Обо всём мне рассказала именно Сэнга, которая нашла отдушину в моём лице. Наверное, единственный человек из окружения, кто на неё смотрел как на соратника… м-м… соседа, в общем, как-то так. Главное – не на низшую, почти бесправную служанку.
Мой же статус был непонятным. Со слов Сэнги я интуитивно вёл себя на равных с женами падишаха, считающихся высшей аристократией. При этом всем видно, что уступаю в такте, но не выгляжу представителем низшей касты и одновременно совсем не похож даже на крупных торговцев, которые в любой среде легко находят нужный язык, но не выделяются за счёт своего опыта. Не стелюсь, не преклоняюсь, а лишь выказываю уважение. Да и словарный запас, манера речи выдаёт во мне непростого человека. Странная одежда, лодка, снаряжение – ещё плюсик к тому, чтобы присматриваться ко мне и не пытаться указать место, которое, по мнению аристократок, я заслуживаю.
А заслуживаю я… падения за борт. Не маг, не высший сановник, даже не матрос или рабочий, который помог бы Сэнге с уходом за капризными изнеженными падишахскими жёнами. Эту картину прочитала по моим не намозоленным ладоням Слуга. В общем, нахлебник и транжира пресной воды.
Свою историю я рассказал почти правдиво. Мол, катался на лодке по озерной глади, развлекался ловлей редчайших пород рыб, тут вдруг молния и всё – очнулся уже в Сахе. Из России. Не знаете где? Да я и сам не знаю, так как у нас правительство не поддерживает отношения с прочими странами и называет это Железным Занавесом. Кто я? Важное лицо: есть угодья и имение (дача в десять соток, старый дом с печным отоплением в сорок квадратов и тридцатью сотками огорода), два табуна коней по семьдесят девять и восемьдесят шесть лошадок (под капотами «нивы» и «логана»), увлекаюсь науками мироздания. Магия? Не, у нас она под запретом и всячески высмеивается, даже существует специальный выездной театр, который императором, в народе называемым Темнейшим, поощряется. Театр этот в сатирической манере высмеивает всю магическую науку называя этот фарс битвой экст… м-м, магов. Ещё служил в армии, где дошёл до звания сотника гвардии, но потом ушёл на покой, отслужив обязанный срок (насчет сотника, приврал, конечно, ну какой из старшины роты сотник? Но и не рядовой ведь. А про гвардию – чистая правда, ибо полк-то – гвардейский). Ещё и в городской страже послужил и тоже в звании сотника (а что, ведь во время Первой Мировой войны прапорщики командовали ротами, а это даже выше сотни будет под единоначалием, прапорщика же я получил через четыре года после службы в милиции, так как армейское звание «старшина» дало мне сильный пинок по карьерной лестнице от стажёра до командира отделения).