Жизнь Серёжи в обмен на фабрику. Вот же тварь. Он в этот момент так разозлился, что разбил пепельницу о стену и перевернул шкаф.

Но потом остыл и понял — деваться некуда. Серёжку надо выручать. Он настолько прикипел к нему, что тот для него был как родной сын. Да, он тоже его полюбил, как и Наталья.

Их ребёнок в опасности, и поэтому тут было без вариантов.

С тяжёлым сердцем он согласился.

А затем приехал помощник князя. Щеголеватый наглый тип с документами. Он остановился у ворот, затем подошёл к Ивану.

— Ваня, я тебя прошу, не бей его… Наш сын в опасности, — всхлипнула Наталья. — Они же… Они его и правда ведь могут убить.

— Я не дурак… понимаю. Ты лучше иди в дом, — он мрачно ответил ей, внимательно наблюдая за Семёном, так кажется, его зовут.

— Я с тобой буду, если что у меня есть артефакт, — дрожащей рукой супруга показала в руке мерцающий жезл.

Иван сдержался, чтобы не сказать что-нибудь резкое. Но и Наталью он понимал. Она переживала. А этот защитный артефакт — для её успокоения.

— Ну что, батя, страшно за своего сыночка? — оскалился Семён, когда они зашли на проходную и уселись за стол.

— Заткнись… и давай, что нужно подписать, — Иван прожёг этого ублюдка взглядом, уже мысленно разрывая его на части.

Перед Иваном этот урод положил всего один лист документа.

Это была дарственная. Что по собственной воле, находясь в здравом уме… бла-бла-бла… передаёт фабрику во владение князя Демидова Николая Михайловича. Печать князя и подпись нотариуса уже стояли.

Иван взял шариковую ручку. Его рука дрожала, он кое-как сдерживался. А затем поставил размашистую подпись.

— Ну вот. Отлично, — Семён забрал этот лист в папку и выскочил из проходной.

— Где мой сын⁈ — заревел он

— Скоро отпустим, — ответил помощник князя, выходя за ворота. — А может, и нет!

— Ах ты ж сучий потрох, — подскочил к нему Иван и схватил за грудки. — Да я тебя сейчас поломаю!

— Ваня! — закричала позади Наталья. — Не надо!

— Только без рук! — выкрикнул этот урод, отпрыгивая назад. — Ещё шаг и твоему щенку перережут глотку. Я серьёзно.

Иван поднял руки, которые дрожали от сдерживаемой ярости. И остановился в воротах.

— Ну вот. Правильный выбор, — оскалился этот мудак.

А затем, сунув под мышку подписанные документы, он направился в сторону своего автомобиля. Посвистывая себе под нос какую-то мелодию.

А затем он заметил какое-то чёрное пятно, выскакивающее из леса. Собака⁈

Но странная какая-то. И что это на ней за белое пятно⁈

* * *

— Ба-тя-я-я! — закричал я, увидев папу Ваню, а он побежал ко мне.

— Сынок! Как ты здесь?.. Как ты выбрался? Ох, ты ж!.. — батя поднял меня с собаки, сжал в крепких объятьях.