— Мы прерываем программу передач для срочного выхода новостей, — проговорила строго одетая ведущая. — Наши репортёры подтвердили, что сегодня в Адлере в час дня, экстренно сел личный самолёт графа Баранова. Сам граф был показательно обезглавлен. Сотрудники милиции и СИБ, ссылаясь на тайну следствия, не дают комментариев…

— Допрыгался всё же, таракан рыжий. Уж сколько он крови у народа выпил, — злорадно улыбнулся Пётр. — Какой подарок всей России на Новый год, прямо щедро.

— Я как-то не в курсе, чем он так всем насолил?

— Чем? Так это он и его дружки всю эту кашу заварили. Если бы не они, твари, союз до сих пор цел бы был. У нас страна была от моря до океана, с трёх сторон омывалась! И жило в ней, больше двухсот миллионов человек, почти триста. А потом эти уроды подсуетились и… — сжав кулаки, проговорил капдва.

— Дорогой, ты, кажется, рано начал, — со вздохом покачала головой Мария Геннадиевна. — Или на тебя коньяк так влияет?

— Да я чуть-чуть… — мгновенно стушевавшись, проговорил капдва, и я с удивлением посмотрел на преподавателя. Он своей супруги буквально в два раза больше, во все стороны, а дорожит, словно она его самое дорогое сокровище. Хотя для многих людей это нормально, жаль мне не доступно. Потому что они все умрут, а я пойду дальше.

— … будучи министром энергетики, инноваций и личным другом многих ведущих российских деятелей граф Баранов приложил свою руку к реформам начала девяностых, созданию госкорпораций и многому другому, — тем временем зачитывала с суфлёра ведущая. — Он запомнится одиозными высказываниями и непотопляемостью, которой завидовали абсолютно все. Его провальные проекты газификации, народного автомобиля, доступного жилья и многого другого свели бы в тюрьму кого угодно, кроме покойного.

— Точно говорю, праздник будет если не государственный, то всенародный. По стопочке сегодня все поднимут, чтобы земля ему была стекловатой, — с нескрываемым злорадством и затаённой обидой, проговорил капдва.

— Одну секунду… Срочное сообщение! — подобравшись сказала ведущая и прижала пальцем наушник в ухе, а затем ещё больше выпрямилась, хотя, казалось, куда больше. — У нас на прямой линии его императорское величество Василий Первый.

— Дорогие сограждане, уважаемые дворяне и бояре, — сказал появившийся на экране самодержец. — Сегодня, в предновогодней суете, мы потеряли одного из ведущих политических и экономических деятелей России. Сколь бы сложной и неоднозначной личностью ни был граф Баранов, он оставил яркий след в истории нашего государства. Каков он, оценивать не нам, а потомкам, через десятилетия.