— А я что? Я ничего. Само как-то так сложилось, удачно.

— Да-да, конечно. Утечку мы уже нашли, Лебедь решит, что с ней делать, — хмыкнул император.

— Это всё, что ты хочешь мне сказать, отец? Ладно. Если так, то давай я тебе пожелаю здоровья, благоразумия и осмотрительности в наступившем Новом году. А вчерашнее пусть станет просто эксцентричной выходкой…

— Ну уж нет, такого шанса лишаться? — усмехнулся Василий. — Но неважно, ты прав, с Новым годом тебя. Как твой государь и как твой отец, я делаю тебе воистину царский подарок. С этого момента можешь считать, что ваш дружеский конкурс с братьями окончен. Хватит маяться дурью, возвращайся в Петербург.

— В ту мерзость и слякоть? Спасибо большое, но, даже если конкурс весёлых и находчивых окончен, я предпочту остаться жить здесь. Меня тут всё устраивает. Жильё есть, машина тоже, деньги кое-какие водятся. К тому же это у вас там война с преступностью только начинается, а у меня, если кто-то и остался, то скоро совсем закончатся. А их пятьдесят процентов со счётов — будут приятным бонусом.

— Хочешь ослушаться отца?

— Мне не очень удобно разговаривать, но если всё отменяется, напомню, что я седьмой. Мне так и так ничего не светит.

— Третий, если смотреть по итогам полугодия. Впрочем, твоё дело. Можешь оставаться и заниматься самодеятельностью. Только если ты будешь делать всё официально, с изъятием, документированием и подачей деклараций в бухгалтерию СИБ.

— Найду себе бухгалтера и счетовода, не самому же с бумажками возиться, — на автомате ответил я, и только потом до меня дошёл смысл фразы. — Стоп, третий? У меня что, четырёх братьев убили?

— Нет, только одного, но пока это является закрытой информацией. Ещё трое выбыли по разным причинам. Но тебя это не касается, это мои проблемы как отца, — мрачно проговорил Василий. — И за смерть Никиты эти уроды тоже ответят.

— Соболезную, — сказал я, поджав губы. Теперь понятна и реакция на смерть бандитов, и объявленная война преступности.

— Уверен, что не хочешь вернуться? — ещё раз спросил император.

— Да, на сто процентов. Но если с меня сняты все ограничения по передвижению, на похороны приеду.

— Не будет похорон. По крайней мере, официально. Не сейчас.

— Если будут какие-то сведения о том, кто это сделал, просто скажи.

— И ты помчишься мстить за нелюбимого брата? — невесело хмыкнул Василий. — Если нужно будет, тебе позвонят, а пока отдыхай. С Новым годом.

— Угу, — буркнул я, дождавшись гудков.

— Кто это был? Твоя семья? — спросила Аня.

— Да, что-то вроде этого, — ответил я, задумчиво. — Поделились новостями. Впрочем, неважно. С этим и после праздников разобраться можно.