Нам неизвестно, есть ли у этого отряда какая-то связь со своей школой, поэтому жизненно важно не дать им время на то, чтобы послать предупреждающий сигнал. Именно исходя из этих соображений, наш маг сейчас сосредотачивал все свои силы, чтобы накрыть небольшой лесок пологом тишины. Такая мера в теории могла помочь, но лишь на короткое время — долго держать подобное заклинание активным непросто даже для магов седьмой ступени.
Второй золотой воин, серьёзно раненый первой же внезапной атакой, с трудом сдерживает сокрушительные удары нашего командира. Мирко, ловко орудуя изогнутым клинком, обрушивает на него настоящий шквал сабельных атак, результатом которых становится регулярное появление на довольно прочной золотой броне резаных рассечений, сочащихся кровью. Помощь там не нужна, его противник держится на ногах из последних сил.
Всё куда хуже с третьим воином, довольно ловко отбивающим стремительные выпады рапиры Стрижа и одновременно поддерживающим плотный магический щит, который прикрывает его от Метателя нашего стрелка.
«Носитель, я ощущаю попытку пробить полог тишины. Если интенсивность воздействия не изменится, то уже через минуту он пробьёт его и отправит сигнал о помощи» , — предупреждение Седьмого раздаётся в голове.
Создаю сразу три каменные сферы и швыряю все в воина. От первых двух его спасает реакция и выставленный щит, третья каменюка, подчиняясь моему мысленному приказу, в самый последний момент меняет траекторию и врезается золотому в ногу. Короткий болезненный вскрик и страж, сражающийся с врагом, воспользовавшись представившейся возможностью, пытается проткнуть своей рапирой противника. Каким-то чудом тот успевает среагировать, дёргается в сторону, и оружие пронизывает ему плечо, протыкая броню словно лист бумаги. По-видимому, страж вложил в этот удар всю имеющуюся силу, но не смог справиться с инерцией собственного движения. Короткий клинок золотого воина протыкает Стрижа и одновременно бедолагу сминает вражеский магический щит, в один миг превратившийся в самую настоящую магическую кувалду, которая отбрасывает его прочь.
«Полог практически развеян» , — слышу краем сознания отчёт Седьмого.
Кровь стучит в ушах, на полной скорости врезаюсь в замершего золотого, сминая сразу двумя сферами земли его магический щит, и атакую с левой стороны, там, где у него повреждено плечо. Воин начинает уклоняться, но из-за ранения у него не получается вовремя сместиться с линии атаки, и Одинокий врубается в него, вскрывая броню как консервную банку, брызжет кровь, а последний из оставшихся камней с огромной скоростью врезается в золотой шлем противника. С глухим стуком оглушённое тело воина падает на землю, и я устало останавливаюсь возле затихшего врага. Где-то за спиной раздаются звуки выстрелов Метателя, мне даже не нужно оборачиваться, и так понятно, что последний из золотых пал под совместными ударами командира отряда и стрелка.