— Приветствую, — с улыбкой вошёл я внутрь и поинтересовался у больной: — Ну, как ты себя чувствуешь, лидер?

Последовала немая сцена, лица трёх человек удивленно вытянулись. Я видел в глазах моих товарищей непонимание и озадаченность. И, вероятно, если бы прислушался, наверняка уловил бы скрип активно работающих мозгов, пытающихся понять, кто перед ними.

— Александр? — наконец спросила Оксана, разглядев моё лицо и сопоставив с тем, что однажды видела.

— Ян, — поправил я её. — Моё настоящее имя Ян, пришлось снять маску, в ней пропала необходимость.

— О-о-о… — протянул Фома, а Костя улыбнулся и указал на свободный стул возле себя.

— Садись уж, чего там. Ян, да? А фамилия, если не секрет?

— Ян Александров, — не стал увиливать от ответа, узнать мою фамилию теперь особого труда не составит.

— Благородный род из Защитной Чаши? — удивлённо присвистнул Фома. — Я слышал, он выродился после давнего нападения на клан.

— Ну, почти выродился, я последний представитель, — усмехнувшись, поправил его.

— Получается, ты глава целой семьи? — Костя, похоже, был немного шокирован этим.

— Нет, — покачал я головой. — Главой можно стать только после тридцати пяти и при соизволении совета клана. Я же ушёл из клана и вынужден существовать сейчас без его поддержки.

— Вот оно как, значит, это многое проясняет, — сказала до этого молчавшая Оксана.

— Как ты? — повторил я свой вопрос, посмотрев в глаза девушке.

— Жить буду. Сейчас как раз должны подойти лучшие лекари и врачи для оценки. Ты вовремя, — ответила она, скривившись, будто съела лимон.

«Носитель, у вашего лидера большая часть магических каналов либо выжжены, либо повреждены. При такой степени поражения я прогнозирую деградацию магических способностей на девяносто процентов. Боюсь, она потеряла возможности к волшбе» .

«Ты можешь ей как-то помочь?»

«Степень повреждений слишком серьёзна. Возможна частичная реабилитация и восстановление способностей через несколько лет. Это всё, на что можно рассчитывать» .

— Ну, главное, что ты жива и даже неплохо выглядишь, — тем временем улыбнулся я Оксане, но та, похоже, заметила что-то в моём поведении и опустила глаза, чтобы спрятать мелькнувшее в них отчаяние.

«Такова расплата за использование препаратов-усилителей без каких-либо ограничений. За всё надо платить» , — продолжал говорить конструкт.

«Не сомневаюсь, Седьмой. Понял тебя. Спасибо».

— Как долго тебя ещё будут держать здесь? — тем временем продолжил я спрашивать.

— А это уже будут решать лечащие врачи, — в палату вошла Светлана в сопровождении двух человек, одного из которых я хорошо знал. Мастер Юрьев, лекарь, что являлся личным доктором моей семьи и часто работал на Защитную Чашу. Вторым оказался неизвестный мне мужчина в форме клана Венценосных Рухов.