Правда, последние чаще были сосредоточены на бедных районах, откуда шёл активный набор в гвардию. Также благодаря этим школам император мог следить за особенно одарёнными воинами и магами, всегда держа их в поле зрения на тот случай, если они решатся преступить закон. Частные школы и школы кланов были обязаны передавать информацию о каждом своём ученике в Имперскую канцелярию.

Наконец мне удалось разыскать нужный кабинет в лабиринте этажей и коридоров административной части здания клиники, и, постучав в дверь несколько раз, я заглянул к главному врачу.

— Проходите, мой друг, — тучный человек в белом халате приподнялся из-за стола и махнул рукой.

Входя в кабинет, я увидел уже знакомого мне Крикунова, тот пристроился на небольшом чёрном диванчике с чашкой кофе в руках. Ещё одного, третьего человека, сидящего напротив главного врача, я не знал. Всё его лицо было обезображено сеточкой тонких белых шрамов, и я понимал, как их можно получить. Скрытень из Фиолетового мира, искусственная тварь, создание кровавых богов. Её главной задачей, как и задачей всех созданий кровавых, являлось истязание своих жертв. Знаю, что многие воины, что каким-то образом переживали нападение скрытней, сходили с ума от боли, нанесённой этим монстром.

Человек встал и подошёл ко мне, скалясь своей кривоватой из-за шрамов улыбкой.

— Привет, Ян, — он протянул мне руку, также покрытую сеточкой тонких белых шрамов. — Так уж вышло, что сегодня я был занят в этой клинике кое-какими делами, и тут мне сообщают, что появляешься ты. Кто бы мог подумать. Жаль, мой двоюродный брат сейчас находится в резиденции, вот кому было бы очень интересно встретиться с тобой.

— Добрый день, — я пожал протянутую руку. — Простите, но мне кажется, мы не знакомы.

— Ну, раньше я выглядел куда лучше, всё этот проклятый скрытень. Приходится вот почти каждый месяц наведываться сюда для очередной процедуры и сеанса мозгоправства. Мы с тобой встречались, кажется, на твоё тринадцатилетние. Я вместе с твоим отцом и дедом часто посещал Золотой и Фиолетовый миры. Можно сказать, мы были друзьями.

— Простите, — я беспомощно пожал плечами. — Всё равно не помню.

— Ничего, — понимающе кривовато улыбнулся он. — Такое бывает. Ладно давай присядем, в ногах правды нет, так, кажется, всегда говорил твой дед, а?

Мне выделили стул с высокой спинкой, стоящий таким образом, чтобы я мог свободно видеть всех присутствующих в комнате и не ощущать дискомфорта. Но едва я уселся на предоставленное место, как тут же ощутил необычное волнение, совершенно не свойственное мне в подобных ситуациях. Какое-то странное чувство неуверенности, из-за чего я даже неосознанно поёрзал на месте.