Ведьма была при параде. На ней были обтягивающие кожаные штаны и не менее обтягивающая желтая кофточка, тонкая настолько, что непроизвольно притягивала к себе наши взгляды. Туфли на каблуке и строгая высокая прическа, обнажающая длинную шею, дополняли образ.
— Впечатляет, — усмехнулся Эдик и снова посмотрел на меня, как бы ожидая, что я возьму на себя инициативу и сейчас.
— Я вижу, Андрей, что вы сегодня не один, — томным голосом продолжила Всеволжская. — Почему же вы не предупредили меня заранее? Мне так неловко. Может быть, вы представите меня своему другу? И что за бедная девушка так неудобно лежит у вас на плече?
— Странно, — деланно удивился я, расплываясь в самой широкой улыбке, на которую только был способен. — Анастасия Семеновна, посмотрите внимательнее. Это же ваша дочь!
Глава 20
Если честно, то я не был до конца уверен в своих предположениях. Наверное, основным мотивом моей догадки была записка про имя дочери Грабецкого. Все мои гипотезы строились вокруг того, что если Всеволжская хотела встретиться со мной для какого-то разговора, то наверняка и ее кот посетил меня ночью не просто так.
Ну и кроме того, нельзя забывать, как отреагировала ведьма, услышав, что я разговариваю с князем по телефону.
Поэтому, в целом, для меня лично пазл сложился вполне логичный. Всеволжская — это та самая ведьма, которая родила дочку князю Грабецкому. В рассказе Нины, правда, ничего не говорилось о том, куда исчезла мама после рождения дочки, но думаю, что этот нюанс можно прояснить в процессе нашей беседы.
А вот у Эдика натуральным образом отвисла челюсть. Конечно, может быть, дело не в родстве вампирши, висевшей у меня на плече, и Анастасии Всеволжской, а просто господин полковник очень давно не видел красивых женщин, но, скорей всего, вряд ли. Эдик всегда умел разделять личные и рабочие интересы.
Степан тоже ошалело хлопал глазами и никак не комментировал происходящее.
Спокойнее всех на мое заявление отреагировала сама Всеволжская. Она пригнулась, заглядывая в лицо девушки, а затем с улыбкой развела руками.
— Андрей, всё-таки вы ошибаетесь! Это не моя дочь!
— Как это не ваша? — теперь пришел мой черед изумляться. — Это девушка, которую воспитывал князь Грабецкий. И она сбежала от него. Это ваша дочь!
— Андрей, — что-то в реакции ведьмы было не так. Наверное, её выдавал голос, но она упорно стояла на своем. — Это не моя дочь!
— Но как же? — стройная гипотеза рассыпалась в пыль. Только что всё выглядело логичным и понятным, и вдруг после одной фразы мои, казалось бы, крепкие построения выглядят карточным домиком.