— Это дочь князя Грабецкого? — предположил я, еще не до конца понимая, почему моя догадка оказалась неправильной.

— Нет, — покачала головой Всеволжская. — Всё гораздо сложнее. Боюсь, что это не объяснить в двух словах.

— Ну так расскажите, — я аккуратно присел на угол дивана и посмотрел на ведьму. Сейчас она уже не была похожа на королеву, скорее перед нами сидела бесконечно уставшая женщина, которая не хотела больше носить никаких масок.

— Подвинься, — Степан бесцеремонно уселся рядом, непривычно серьезный и что особенно странно — молчаливый. Белый кот запрыгнул на шкаф и теперь сверху смотрел на нас, презрительно сощурив глаза.

— Мы познакомились с Грабецким очень давно, — начала свой рассказ Всеволжская. — Моя мать варила зелья для князя. Какие-то помогали от жажды, другие служили для одурманивания людей. Когда я подросла, то Вицентий начал оказывать мне разнообразные знаки внимания. Поначалу мне это казалось необычным, меня с детства воспитывали, что ведьмы всегда живут в своем мире и лишь изредка прибегают к помощи людей для продолжения рода.

— Красивая формулировка, — усмехнулся Эдик. — Прибегать к помощи для продолжения рода…

Но Всеволжская уже погрузилась в воспоминания, поэтому никак не отреагировала на реплику полковника.

— В моей семье несколько поколений подряд были женщины, — продолжала ведьма. — Если на свет появлялся мальчик, то его убивали, чтобы не нарушать чистоту рода.

— Всегда говорил, что вы стервы, — не выдержал, сидящий рядом со мной, Степан. — Родных детей убивать! Тьфу!

Кот, сидящий на шкафу, угрожающе зашипел, но ведьму слова домового никак не тронули. Вернее сказать, по-моему, она их просто не услышала.

— Поначалу я воспринимала ухаживания Грабецкого как игру, но со временем поняла, что у него гораздо более серьезные намерения. Я не знала, что мне делать, как правильно реагировать, и некому было подсказать, как стоит себя вести. Потом на какое-то время Грабецкий исчез, и я решила, что он забыл обо мне, но это была ошибка. Он стал главой семьи и явился ко мне свататься по всем правилам. Более того, он пришел не один, а в сопровождении глав других семей, и моя мать решила, что не стоит ссориться со столь могущественным вампиром. Тем более, что совет ковена нашел в истории несколько прецедентов, когда ведьмы и вампиры создавали семью и жили очень счастливо.

Теперь на лице Всеволжской появилась мечтательная улыбка.

— Надо признать, что Вицентий действительно очень любил меня. Больше века я жила как в раю, а может быть даже лучше. Мы проводили очень много времени вместе, часто путешествовали, и я была искренне уверена, что именно так и выглядит счастье. Но однажды я поняла, что в моей жизни чего-то не хватает. Я долго пыталась разобраться в своих ощущениях, пока не поняла, что мне хочется родить и стать матерью. Но Грабецкий почему-то пришел в ужас от моих желаний. Он говорил, что это невозможно, что если у меня и получится забеременеть, то это будет настоящее чудовище, но если женщина чего-то хочет, то она умеет быть очень убедительной.