— Не боишься, что теперь он тебя ночью прикончит? — усмехнулся Андреас, пошутив таким образом, что тут же и пояснил. — Если что, это шутка.

— В каждой шутке лишь доля шутки, — мрачно подметил Джон. — А вот всё остальное — правда. Думаю… командир точно сделал что-то такое, из-за чего мы все умрём, если ему вдруг что-то сделают. Либо пострадаем очень сильно… если, конечно, мы это с ним сделаем. Ведь так, Эля?

— Так, Джон, — тут же человеческим голосом ответила ИскИн. — Если кто-то из вас решит причинить вред командиру отряда, то ещё до того, как он это сделает, система автоматической обработки информации в чипе колониста сама выкрутит боль на максимум. Вы даже вскрикнуть не сможете. Просто скрутит всё тело, и вы умрёте.

— Говоришь… так, словно… чёрт… это уже испытывали на ком-то… — устало проговорил Рен, который только-только начал приходить в себя после болетерапии.

— Испытания проходили негласно над самыми опасными преступниками Земли, начиная примерно со сто двадцатого года текущего тысячелетия, — тут же стала пояснять помощница Яррива. — В какой-то момент это даже было признанным общемировым способом гуманного убийства осуждённого за особо тяжкие преступления. Но от него негласно отказались, а разработку включили в некоторые виды войск в некоторых кланах для его экспериментальной обкатки перед отправкой на эту планету экспедиционной группы.

— То есть она есть у всех колонистов? — уточнил тут же Андреас.

— Только у передовой группы, так как требуется её стопроцентное подчинение всей вертикали управления будущей колонией, — словно заученную фразу проговорил Яррив, ибо Элеонора из-за какой-то проблемы промолчала. — Я могу спокойно регулировать этот момент у вас. Командир всех сил… даже у меня. Был бы у него такой контроль над всеми людьми на корабле, то никакого бы бунта там не произошло. И да, эту информацию я знал, но специально умалчивал. Ибо строить отношения на взаимном доверии куда лучше, чем на страхе.

— Но ты решил строить отношения на страхе, — проговорила спокойно и отстранённо Юмико.

— Да, — жёстко ответил командир отряда. — Вы вынудили своим крайним непослушанием. Ты знала, что у Анны данная тема — красная тряпка. А твой муж понимал, что ты виновата, но решил поиграть в семейную верность, когда она не нужна от слова совсем. Скажу так. Засуньте свою гордость в задницу. Мы работаем на всё человечество, а не на самих себя. Нам нужно завоевать нашей малой группой этот чёртов мир. А вы решили устроить эту показуху. И вообще… у меня закрадываются мысли, что вы таким образом пытались сместить управление, доказать мою неэффективность в решении задач. Только я не понимаю, почему именно сейчас… да и понимать не хочу. Смысла нет. Я уже сказал и показал всё, что требуется. Исполнять приказы. Теперь за неисполнение последует наказание. Пока только для вас двоих. Ибо вы вынудили меня применить данную систему против вас. А я не хотел. Вообще не хотел. Но теперь… придётся вам ею угрожать, чтобы вы работали. Сдохнуть тоже не получится. Каждый из вас был отобран как раз из-за вашего стремления именно жить. Вы не хотите умирать. И не хотите, чтобы умер кто-то из отряда. Ибо вы такие сами по себе. Вот только… живите теперь с тем, что вы можете умереть из-за своих действий. Я всё сказал. Жду сегодня капсулу с Элеонорой. Понял меня, Рен Ли?