— По результатам обследований, — зашла к нему практически с самого утра врач с серьёзным лицом и скрещенными под грудью руками. — У всех началось развитие огромного количества опухолей внутри организма. Причём скорость роста… неестественная. Андреас сегодня во время обследования из-за боли потерял сознание. Лию вывернуло кровью. У тебя вообще самопроизвольно открываются раны на теле, словно кожа лопается. Мы больше не можем тянуть. Самый позитивный сценарий… три дня. Не больше. Дальше только могила.

— Тогда идём на смерть, — практически без эмоций проговорил командир, перевязывая очередной кровоподтек. — Распредели лекарства так, чтобы мы смогли продержаться хотя бы сутки. Причём можно так, что по окончании их действия… у нас остановится сердце. Уж лучше умереть так, чем от боли. Или в бою. Это будет просто идеальный вариант.

— А остальные согласны с таким выводом? — уточнила она.

— Ещё вчера спрашивал, — кивнул Одиннадцатый. — Все уже начинают буквально мучиться из-за боли. Никто не хочет страдать. Сегодня даже никто не смог уснуть без твоего снотворного. Так что… да. Они согласны. Раздавай, у тебя час на это. А мы пока с помощниками проработаем план.

И план был проработан, который уже начал реализовываться. На левом фланге тут же начали раздаваться взрывы, все три бронетранспортёра развернулись и поехали в том направлении. Не успели они преодолеть и километра, как тут же противник начал укреплять левый фланг, усиливать его воздушную оборону, оголяя правый. План реализовывался, на самых банальных приёмах враг подлавливался как ребёнок. Поэтому, когда оставалось шесть километров до позиций, начал обстреливаться правый фланг, и на этот раз не только дроны участвовали в уничтожении оборонительных рубежей, но и АГС на транспорте.

Череда взрывов, уничтожение почти всего, что там было, с центра противник перебросил силы… и потом по самому оголённому участку, когда оставалось километра два, начало работать вообще всё, что только могло. Дроны, как штурмовые, так и камикадзе, различные миномётные системы, гранатомётные, просто пулемёты для подавления пехоты противника. Всё, что только могло применяться, применялось. И не зря. Буквально пятнадцать минут, и группа из трёх машин проезжала буквально по пепелищу. И если там кто-то оставался в живых, то особого интереса не представлял. Его можно было оставить сзади.

Когда линия обороны оказалась преодолена, Лия сбросила несколько снарядов, особо мощных, которые бы не смогли нести дроны. И стоило группе отдалиться на несколько километров, а противнику начать скапливать силы для удара в тыл, как эти снаряды были подорваны. И это было гарантом безопасности для людей. Ибо в мире, где начало стрелять оружие, прав тот, за кем сила. Так было, так есть и так будет всегда.