Землянка, в которой он поселился, отличалась от той, что была им обжита на полигоне, отсутствием кондиционера и узостью. А так, тот же принцип размещения: дощатые нары в два яруса, стеночка с оружием, помост с рюкзаками, в которых каждый боец хранит свои вещи, импровизированный столик для приёма пищи.

Из бросающихся в глаза деталек — флаг Российской империи во всю стену. Не плакат, а настоящий, из ткани. Не бело-сине-красный, а черно-желто-белый с двухглавым орлом. Серёга не стал нарываться и спрашивать, ходят ли бойцы в атаку с этим знаменем, а то испортишь отношения на ровном месте. А то еще и чувства верующих оскорбишь ненароком.

На следующий день первым делом он пошёл знакомиться с миномётчиками. Здоровенная труба калибра сто двадцать миллиметров была в точности как в одном новогоднем грустном рассказе, попавшемся ему как-то на глаза. Там всё кончилось печально, не хотелось бы вот так… Автор не соврал, взявшись помогать подносить мины, Серёга оценил их вес, где-то под двадцать кило. А еще было любопытно, зачем расчет подвязывает к хвостовикам мин матерчатые не то мешочки, не то колбаски. Всё оказалось элементарно просто — в мешочках порох. То есть привязывая несколько мешочков, расчет усиливает мощность вышибного заряда, тем самым повышая дальность выстрела. Примитивно? Эффективно!

— Так ты чего, Резкий, будешь нам огонь корректировать?

— Научите — буду.

— Не понял! — Командир расчета ожидал специалиста другого уровня. — Говорили, придёт после курсов контрактник, весь из себя грамотный.

— А пришёл я. Сочувствую. — Что-то доказывать или пыжиться Серёга не считал нужным. — После курсов, как обещали. На них меня учили штурмовать окопы и командовать отделением.

— А оператором БПЛА? Что-то преподавали?

— Не-а. Самоучка. На гражданке гонял на нескольких дронах.

— И нафиг нам такой оператор нужен? — Лейтенант примерно того же возраста, что и Санталов не скрывал своего разочарования. Крепкий, без лишнего веса, молодой мужик в камуфляжных штанах и чёрной футболке был похож на офицера как напольные весы на ноутбук. А в сравнении с Санталовым, обряженным в новейшего образца ВКПО, загорелый командир вообще выглядел бледно.

— А у вас есть лучше вариант, пацаны? Или просто другой есть? Я могу и в штурмовики пойти или в разведку, если комбат ваш что-то другое прикажет.

— Не ваш, а наш комбат. И да, то есть нет. Нет никого в батальоне с опытом управления дронами. Был один, сбежал. В смысле, его затрёхсотили, а потом он не вернулся в батальон.

— И чего тогда воздух сотрясать? — Серёга отчасти понимал лейтенанта, но не сочувствовал. Он всегда считал, что надо пользоваться тем, что есть, пока не выпросишь что-то лучше. Или сам не хапнешь. — Ты, Иваныч, лучше сразу скажи: помогать будешь?