С бронежилетами получилось нормально, не то что с касками. Вернее, с шлемами, как их правильнее называть. Шлемы оказались не в кассу, как вчера вечером растолковал командир роты.

— Спасибо за броники, большое спасибо. А шлемы… они хоть разбираются?

— Чего?

— Вот эти ваши стёкла снять можно?

— Вот тут не понял. Спецзаказ, между прочим! — Кипятился Серёга, — Нам их разрабатывали для защиты лица, осколок держит на раз, автоматную пулю — нет, но пистолетную может и удержать. Не запотевает, потому как вынесли подальше от лица. А еще лепесток пластиковый выдох отсекает, вот этот. Что вам не нравится, товарищи?

— Я не спорю, девайс крутой. Смотрится внушительно, особенно с броником в паре, может, и толк от него будет. Только нам такого не надо. Или снимайте это забрало, или забирай. Кому-нибудь другому отвезите.

— Командир, а можно доступно объяснить, что за фигня? — Кирилл тоже не мог понять этой паталогической нелюбви к лицевым щиткам.

— Ну прикиньте, вот появятся на опорнике мои парни в такой снаряге. Их срисуют хохлы достаточно быстро. Что они подумают? Что здесь какое-то подразделение тяжелых пехотинцев в штурмовой броне как космодесантники какие накапливается перед атакой. А они ведь так и подумают, зуб даю. И вызовут на наш опорник или артналёт, или ракеты. Оно мне надо? Так что сидим и не привлекаем лишнее внимание.

— А когда твои бойцы на штурмовку пойдут, тогда что?

— И тогда тоже самое. Не надо выглядеть круче варёных яиц, тогда и противник не начнёт против тебя дополнительную броню выдвигать. Наша задача какая?

— Какая?

— Выжить. И желательно так, чтоб не выжил враг. А геройски погибнуть задачи не было. Родине невыгодно платить гробовые, так и не будем давать ей повод для этого.

Да уж, думал Серёга, в окопах эта спецоперация выглядит совсем иначе, чем из Москвы. И резоны у всех понятные, и дурака не включает ни те, кто сидит в штабах Арбатского военного округа, ни те, кто сидит на опорниках. Вот только выводы из имеющихся данных у всех разные получаются. Тех бы сюда. Ну или этих туда… Только те сюда не согласятся. А этих туда не пустят.

«Вон там сворачивай!» — Соболь показал пальцем на нужный поворот, а не стал выделываться, как некоторые: «направо, налево». У водителя каждая секунда на счету, у него нет времени вспоминать, где право, а где лево. Серёга у одного таксиста даже видел на передних стойках приклеенные таблички «право-лево». Сначала посмеялся, а после пары случаев, когда Рыбка загружала его этими голосовыми указаниями, а он проезжал поворот, осознал правоту таксиста. Наш герой не стал портить интерьер, он просто раз и навсегда велел своей подруге не страдать фигнёй, а тыкать пальцем в нужную сторону. Вот как сейчас поступил Соболь, сразу видно бывалого.