Всё с этим моментом ясно, подумал Санталов, во дворе никого нет, потому что они поставили наблюдателя в кухню. Посадили, если точнее. В первом окне он ничего интересного не разглядел, второе окно было кухонное, с часовым, а вот в третье Серёга увидел того самого дядьку, который выводил из калитки барашка. Сейчас они сидели с женой (а кем еще могла быть та тетушка?) на кровати и печалились. Выглядело именно так, а там кто его знает, может он план спасения в это время сочиняет? Странные люди, чего бесцельно печалиться, когда можно сделать что-то полезное, а хоть бы и поспать, если больше никаких других возможностей!

Еще два вояки обнаружились в следующем окне, выходящем не на ворота, а сбоку. Эти дрыхли без задних ног. Серёга через окно даже услышал могучий храп, достойный… кого-нибудь более достойного. «Ага, было четверо, осталось трое. Боеспособность вражеского подразделения снижена на четверть!» — прикинул полководец-самоучка. «Первая четверть самая нудная» — всплыло воспоминание из школьной поры. Отринув ненужное воспоминание, Серёга решил, что валить в первую очередь надо часового. А потом резать спящих. Спящих Серёга еще не резал. И вообще никаких людей. Было всякое, но не до такого.

А до какого? И он снова начал прогонять ненужные картинки из детства, которые роились вокруг головы Истинного. Про то, как он в девятом классе собрал все крутые папкины и свои ножи в портфель и в таком грозном виде пришел в школу разбираться с обидчиками. Ножи позвякивали весь день, но так и не были продемонстрированы хулиганской общественности, тем более не пущены в дело. А вот еще: воспоминание, как кололи кабанчика в деревне. Серёга держит его за задние ноги, кабанчик визжит как резаный и рвется из рук, батя почти матерится и не может попасть по месту, вернее ударить не может из-за сверхплановой активности животинки. А уже когда начали свежевать, стала понятна причина такого визга: Серёга от усердия сломал кабанчику ногу раньше, чем его начали колоть. Кабанчика жалели задним числом, Серёга помнит этот момент.

То порося было, а тут вообще люди. Хотя и враги. С другой стороны, муж с женой оба битые. И не факт, что укры их оставят в живых. Даже больше — хватятся пропавшего своего, тогда местным точно несдобровать. Да и не за сметаной они сюда пришли незваные нежеланные. И не так важно, что первыми пришли мы, а потом пришли они, а мы их снова погнали… Всё неважно. А что важно? Что есть враг, который перед тобой, а у тебя есть оружие и люди, которых надо спасти. Конкретно вон те люди, жившие в доме еще до войны, а может и до раздела страны на Россию и Украину.