— Не, ты скажи, ну твари же!

— Не скажу. Ты же не знаешь, мутит конкретно этот вояка или он честный человек. А что шмонали, так такой порядок. Это мы с тобой вольные птицы, а у них армия, дисциплина.

— Они сами выбирают свой путь. Никто не мешал заниматься чем-то другим, а не строем с песней.

— Не скажи, в жизни всякое дерьмо случается. Выдернет судьба за космы как морковку с грядки и твоего мнения не спросит.

— Ну я не знаю… — Серёга уже отошёл и потому не имел желания спорить со старшим и мудрым товарищем. А хотел он устроиться поудобнее, чтоб ягодице не было больно. — На Тамбов рулим, как решили?

— А что, есть другие варианты? Лично мне не хочется на авось надеяться. То ли нас ищут, то ли забили уже на ту историю. И вообще, я бы на месте этих бандитов в погонах…

— Оборотней!

— Не позорь славное звание оборотня сравнением со всякими чуханами, Серёга! Оборотень — это я. А они волки́позорные. Так что да, едем через славный город Тамбов, вотчину серых хищников.

— Это как?

— Блин, молодёжь. Что не слышал присказку «тамбовский волк тебе товарищ»?

— Не-а.

— Читаешь мало. Кругозор не расширяешь.

— Чукча не читатель, чукча писатель.

— Ну да, ты и писатель до кучи? Серёга, без обид — из тебя писатель как из этого самого пуля.

— Может и так.

Серёга не обиделся на друга из-за ерунды. Вот если бы тот прочел его недописанную книгу и сказал то же самое, тогда да, было бы чуток обидно. В голове его зрел очередной фрагмент сюжета, а настроение вполне соответствовало стилистике романа — чернота и гнев на несправедливость в душе маленького неравнодушного человека. Он не ассоциировал себя с героем своей книги, и тот персонаж жил в Серегиной голове автономно. Но иногда выбалтывал сокровенные мысли автора, что для персонажей типично. Серёга этого момента не знал, он даже предположить не мог такую подставу от сочиненного им человечка.

— Алё, заснул, Серег? Давай включайся в работу, выезжаем на трассу. — Кирилл считал, что грех не попользоваться Даром своего друга.

— Ага, задумался. «Включаю стелс-режим. Стелс-режим активирован».

Эти слова были произнесены с закосом под безжизненный голос робота. Наверняка Серёга пародировал какую-то компьютерную игру, Струков был в этом уверен. Небольшой любитель виртуала, он имел весьма смутные знания об индустрии видеоигр. По мнению оборотня все эти забавы были просто убоги и смешны. Кто мешает по-настоящему погонять на кроссовере по буеракам, пострелять по противнику в страйкболе или устроить замес на кулаках с живым человеком? Ведь это лучше симуляторов! Мысли, что большинству людей такое просто не потянуть по физухе и финансам, ему в голову не приходили.