В воздух взлетел треугольник мелкой монеты. Монета рухнула в глубокую грязь и начала тонуть. Я, Сияющий и судья пристально сверлили взглядом монету, которая всё тонула и тонула… Почти полметра.

— Решка! Сбрасывает Холодная плазма! Селяне… — голос арбитра дрогнул, он силился не заржать с нашего именования. — Селяне в обороне.

Хлопнул двадцатый калибр заплечной пушки у арбитра.

— Пожалуйста, будьте вежливы, у судьи ствол. Начали!

Ариэль свечкой взмыл в небо на импульсном движке у себя в ногах. Выстрелил собой как можно дальше от нас.

Сияющий подбросил мяч и с какой-то ленцой размахнулся ногой…

Я успел рухнуть на землю. Игроки за моей спиной тоже. Нога генерала преодолела звуковой барьер. Звуковой барьер преодолел титановый мяч. Ударная волна сорвала всю жидкую грязь с нашей стороны поля. А потом мяч породил очередную взрывную волну и разлетелся на крохотные ошмётки. Его остановила странная конструкция из шестигранных призм, они сплелись паутинкой в силуэт руки и отрастили десятки опорных трубок. Призмы раскалились и опадали на землю. Наш вратарь ошалело потряс кудрявой головой. Из его крупного носа на густые усы полилась кровь. Кто-то скинул новый мяч обратно вратарю. Он с гулом грохнулся о мокрую грязь.

Прозвучал свисток.

На воротах стоял один из полковников, и потому мяч снова преодолел звуковой барьер. Только мяч летел не в створ ворот, а в Стаера. Мяч влетел в игрока и тот взорвался. Точнее, так со стороны выглядело. Он подорвал на себе заряд взрывчатки, и мяч поменял траекторию. Чуть-чуть, но этого хватило, чтобы он влетел в створ ворот.

Воцарилась тишина, а потом зрители у себя в окопах взорвались овациями. Я довольный улыбнулся Сияющему. У того лицо пошло красными пятнами.

А потом нас порвали.

Обиженные монстры сначала стали играть в «вышибалу». И часть игроков лишись конечностей. Мне оторвало ноги, когда я не успел увернуться. Шестигранники нашего вратаря истощились на третий удар.

Пару раз мячи влетали в облако висящих камер, и тогда получался весёлый и красочный фейерверк.

Через двадцать минут игры и полсотни пропущенных закончились мячи.

— Пятьдесят шесть — один в пользу Холодной плазмы.

Арбитр спустился с небес на землю.

Зрители с гомоном принялись вылезать из траншей.

Моя команда либо валялась на поле, либо отползала к блиндажу запасных. Там было пусто, запасные игроки испарились после начала матча.

Я лежал на земле и смотрел в серую хмарь неба. В целом вышло неплохо: то что должно было начаться как кровопролитие, закончилось фарсом.

Надо мной навис Сияющий.

— Ты летишь со мной!