Мои движения приобрели плавность, я активно отрабатывал весь комплекс занятий, который для меня подготовил Варяг. Воздух стал потрескивать от сгустившейся энергии в гостиной. Люстра над головой опасно закачалась, но я ушёл в сторону, провёл переход от атаки в защиту, закрутил спираль, отводя левую руку в сторону, а правой резко имитировал рубящий удар… и едва успел остановиться. Клинок застыл у левой ключицы Ваньки, вылезшего посмотреть, что тут происходит.

— А-грх-м, — заклокотал друг, с расширившимся глазами глядя на серебристую полоску стали. — Вот дерьмо…

— И не говори, — я осторожно убрал саблю и рявкнул: — Ты не мог постоять в дверном проёме? Какого хрена вылез в гостиную?

— Извини, Миха, но я только что вышел из ванной, — Иван и в самом деле был в длинном пушистом халате и в тапочках. Лицо распаренное, волосы мокрые. Точно, из душа. — Я же не знал, что ты здесь танец с саблями устроил. Ещё бы музыку включил.

— Ладно, в следующий раз так и сделаю, — пообещал я, и в самом деле чувствуя отсутствие ритма, отчего некоторые движения выходили смазанными.

Ванька выдохнул облегчённо, когда клинки оказались в ножнах, и на негнущихся ногах доковылял до холодильника, вытащил оттуда бутылку пива и присел на диване, следя за мной.

Я отнёс сабли в свою комнату, вернулся в гостиную и тоже решил выпить пивка.

— Ты зачем дубинку-то прихватил?

— Мало ли, пригодится, — пожал плечами Дамецкий. — Пусть лежит у меня в комнате. Есть-пить не просит, а в нужный момент спасёт.

Хочется верить, что до этого момента дело не дойдёт.

— Что скажешь по сегодняшней ситуации? — поинтересовался я у друга.

— Скажу одно: спокойной жизни нам здесь не будет, — уверенно ответил Иван. — Слишком здесь много отбросов, шелупони и бандитов. Для личной безопасности я бы посоветовал не соваться на окраины. Головы лишимся. И крутость твоя, неожиданно откуда взявшаяся, не поможет.

— Ты прав, — я кивнул и приложился к бутылке, с наслаждением глотая горьковатый напиток. — Поэтому надо быть осторожным даже на центральных улицах. Помнишь историю с графом Татищевым?

— Когда тебе хотели на Алтаре кровь пустить? — оживился Дубенский. — Ты так и не сказал, чем ты графу не угодил?

— Пока я не могу тебе всего сказать, иначе в самом хреновом варианте лишишься головы, — я вздохнул. — Моя семья тоже находится под угрозой. Но там, хотя бы, отец, Варяг, Ильхан с боевым крылом. Отобьются, если что. В общем, существует некий магический артефакт, непонятным образом попавший в меня. Да-да, ты не ослышался. В меня, а не ко мне! Я не знаю, что это за вещь, но она позволяет мне в экстремальных ситуациях включать режим воина. Сегодня ты видел, как это действует.