Да и внешне, с тех пор как Алекс видел его последний раз, Бразини не сильно изменился. Конечно, кожа на лице пожелтела и натянулась, — ничего не поделаешь, возраст. Как ни крути, а коменданту Плутона недавно стукнуло триста двадцать пять лет. Но он по-прежнему носил пышную черную бороду и волосы до плеч, в которых не было и признаков седины. Как Бразини удалось дотянуть до столь преклонного возраста с такими привычками, Красс не мог понять. Тем более, что понаслышке, старый сицилиец наотрез отказывался модифицировать свои органы и кожу.

И хотя самому Крассу, недавно стукнуло двести семь лет, для коменданта Плутона он навсегда останется тем молокососом, который угробил три крейсера с его базы. «Ну да бог с ним, — подумал Алекс, — в самом деле, кто старое помянет…».

Чтобы задушить приступ, Бразини отхлебнул из стоявшего перед ним флакона какого-то странного пойла, обозначенного как лечебная настойка джирдарии. — Красс такого не встречал на Земле, — и вернулся к разговору об ученых.

— Итак, — прохрипел он, ознакомившись с кристаллом, который передал ему Алекс, — президент решил перевести этих яйцеголовых с Плутона в неизвестном направлении. А чем ему не угодила моя база, едрен-карабинер? Здесь, что, по его мнению, не безопасно?

Взгляд коменданта снова уперся в сидевшего напротив Красса.

— Об этом вы можете напрямую спросить у самого президента, — дипломатично уклонился от ответа Красс. Не хватало еще спорить с этим упертым сицилийцем.

— Столько лет было безопасно, — продолжал кипятиться Бразини, — даже когда отбивали нападение загов, они были здесь. А теперь, едрен-карабинер, видите ли, стало небезопасно.

Бразини снова громко закашлялся и Красс уже начал переживать, что приступ затянется надолго, но, на этот раз, комендант справился быстрее. Даже не трогал заветную бутылочку с джирдарией.

— Ладно, — смирился старый вояка, — забирайте яйцеголовых. Я охранял их так долго, что уже привык к их постоянному присутствию на Плутоне. Придется отвыкать. Президенту виднее, едрен-карабинер. Даю им сутки на сборы, и можете вылетать.

Но тут в разговор вступила доктор Бристоль.

— Не торопитесь, комендант.

Бразини с удивлением воззрился на эту рыжеволосую красотку, которая осмелилась ему перечить.

— Вы забываете о том, что есть еще и вторая причина, по которой мы здесь.

Шилла выдержала секундную паузу. Бразини тоже молчал, ожидая продолжения.

— Мы только что получили разгадку гена загов. И я прилетела сюда исключительно для того, что бы провести серию опытов с пленными солдатами врага и людьми, которых они успели превратить в мутантов. Думаю, мне понадобиться не меньше трех дней.